Голубой Стреле проходить через тоннели было не впервой. Начальник Станции и Начальник Поезда заняли места рядом с Машинистом, самые маленькие куклы, которые уже стали уставать, сели по вагонам, и чудесный поезд, тихонько свистнув, вошел в тоннель.
Труднее было протащить сквозь дыру парусник, который мог передвигаться только по воде. Но об этом позаботились рабочие конструктора. Они в один миг построили тележку на восьми колесиках и погрузили на нее судно вместе с Капитаном.
Они успели как раз вовремя.
Фея, устав ждать, толчком плеча распахнула дверь и стала обыскивать склад.
— Что за странная история! — дрожа от страха, бормотала старушка.
— Никого нет, синьора баронесса! — взвизгнула служанка, уцепившись от страха за юбку хозяйки.
— Это я и сама вижу. И нечего дрожать.
— Я не дрожу, синьора баронесса. Может быть, тут виновато землетрясение?
— Голубая Стрела исчезла, — грустно прошептала Фея. — Исчезла, не оставив никаких следов.
Покинем на время бедных старушек и последуем за нашими друзьями. Они даже не представляли себе, какие приключения ожидают их впереди. Я же все их знаю от начала до конца. Есть среди них страшные, есть и веселые, и я вам расскажу все по порядку.
Сразу же по другую сторону стены начались приключения. Поднял тревогу Генерал. Как вы уже могли заметить, Генерал обладал пылким темпераментом и постоянно ввязывался во всякие ссоры и происшествия.
— Мои пушки, — говорил он, покручивая усы, — мои пушки заржавели. Чтобы почистить их, нужна небольшая война. Пусть небольшая, но все-таки война: нужно пострелять хотя бы с четверть часика.
Эта мысль как гвоздь засела у него в голове. Едва только беглецы очутились за стеной склада, Генерал выхватил шпагу и закричал:
— Тревога, тревога!
— В чем дело, что случилось? — спрашивали друг друга солдаты, которые еще ничего не заметили.
— На горизонте неприятель, разве вы не видите? Все к пушкам! Зарядить орудия. Приготовиться к стрельбе!
Поднялась невероятная суматоха. Артиллеристы выстраивали пушки в боевой порядок, стрелки заряжали ружья, офицеры звучными голосами выкрикивали слова команды и, подражая Генералу, покручивали усы.
— Тысяча глухонемых китов! — рявкнул Капитан с высоты своего парусника. — Прикажите немедленно перетащить несколько пушек на борт моего корабля, а то меня пустят ко дну.
Машинист Голубой Стрелы снял берет и почесал затылок:
— Не пойму, как это можно здесь пойти ко дну. По-моему, здесь только и есть воды что в умывальном тазу, а кругом каменный пол.
Начальник Станции строго посмотрел на него:
— Если синьор Генерал говорит, что появился неприятель, значит, так оно и есть на самом деле.
— Я видел, я тоже видел! — закричал Сидящий Пилот, пролетев немножко вперед.
— Что ты видел?
— Неприятеля! Я говорю вам, что видел его своими собственными глазами!
Испуганные куклы попрятались в вагоны Голубой Стрелы. Кукла Роза жаловалась:
— Ах, синьоры, сейчас начнется война! Я только что уложила волосы, и кто знает, что будет теперь с моей прической!
Генерал приказал протрубить тревогу.
— Замолчите все! — скомандовал он. — Из-за вашей болтовни солдаты не слышат моих приказаний.
Он хотел уже открыть огонь, как вдруг раздался голос Кнопки:
— Остановитесь! Пожалуйста, остановитесь!
— Это что такое? С каких это пор собаки стали командовать войсками? Застрелить его немедленно! — приказал Генерал.
Но Кнопка не испугался:
— Пожалуйста, я прошу вас, дайте отбой! Уверяю вас, это на самом деле не неприятель. Это всего-навсего ребенок, спящий ребенок!
— Ребенок?! — воскликнул Генерал. — Что делает ребенок на поле боя?
— Но, синьор Генерал, мы ведь не на поле боя — в этом-то все дело. Мы находимся в подвале, разве вы не видите? Синьоры, я попрошу вас осмотреться по сторонам. Мы находимся, как я уже сказал, в подвале, из которого можно выйти на улицу. Оказывается, этот подвал обитаем. И в глубине его, где горит огонек, стоит кровать, а в кровати спит мальчик. Неужели вы хотите разбудить его выстрелами?
Тут раздался голос Серебряного Пера, который все это время продолжал спокойно курить трубку:
— Пес прав. Я видеть ребенка и не видеть неприятеля.
— Это, конечно, какая-то уловка, — настаивал Генерал, не желая отказаться от сражения. — Неприятель прикинулся невинным и безоружным созданием.
Но кто слушал его теперь?
Даже куклы вышли из своих убежищ и устремили взгляды в полумрак подвала.
— Правда, это ребенок, — сказала одна.
— И очень худенький, — добавила вторая.
— Это невоспитанный ребенок, — изрекла третья, — он спит и держит палец во рту.
