– Ты любимица моя!
Как же я тебя заждался!
Знай, наказан Царь-злодей,
Страшным он навек остался.
Улыбнулась старику
Белка-девица с печалью
И ответила ему:
– Ты прости, коль огорчаю,
Но тот Царь в лесу живёт.
Пред людьми он повинился.
Пожелаешь ты – уйдёт,
Но он очень изменился!
И деревья садит он,
И зверей оберегает.
В чистоте содержит лес
И во всём мне помогает!
Удивился Царь Лесной:
– Заслужил он разве милость?!
Как он мог, страшной такой,
Сделать так, чтоб ты влюбилась?!
Я б его совсем услал
Вглубь земли, в такую дальность,
Чтоб он света не видал!
Уж прости меня за крайность!
– От тебя я не прошу
Ни любви к нему, ни ласки.
Лишь послушай, что скажу.
Все поймешь и без подсказки!
На душе моей легко!
Позабыла я обиду.
Стало сердцу так светло,
Что теперь без света вижу.
Замолчала и ушла.
И старик один остался.
Но недолго думал он,
Да и думать не старался.
Повелел он привести
Существо царя страшное.
Царь явился – и поник
Своей лысой головою.
Он глаза свои прикрыл
Поросячьими ушами.
Поклонился и застыл,
Теребя платок руками.
– Слышал я, что ты прослыл
В мире добрыми делами.
Ты прощенье заслужил
Моей внученьки мольбами.
Не смогу я не простить,
Коль она тебя простила!
Не смогу не полюбить
То, что внучке моей мило.
– Не пойму, о ком тут речь?
Твоей внучки я не знаю.
Я в лесу твоём живу
И девице помогаю.
– Белка – внученька моя!
И она же – та девица,
