– Что с тобой, милая? Почему не встречаешь меня радостно, как прежде?
– Ах, дорогой муж, – грустно отвечала она, – там, в комнате, сидит в бадье наш господин. Явился он ни свет ни заря и велел приготовить ванную. А потом потребовал, чтобы я подошла и вымыла ему голову! Но я отказалась.
И тогда, поразмыслив, сказал ей муж:
– Если всё так и было, то успокойся. Бояться тебе нечего. Сейчас я сам обслужу нашего господина. Да так, что больше он тебя никогда не потревожит!
Вошёл крестьянин в комнату, где в бадье с водой сидел наместник, и, схватив топор, зарубил его насмерть.
Когда в кантонах Ури и Швиц правил имперский наместник Гесслер, в горах, неподалеку от замка, жил человек по имени Вернер Штауффахер. Построил он себе красивый дом.
Однажды проезжал мимо наместник и увидел превосходное строение. Подозвал он к себе Штауффахера и спрашивает:
– Кому принадлежит такой прекрасный дом?
Замялся мужчина, не решаясь признаться, что это его дом. Поэтому он ответил уклончиво:
– Принадлежит он вашей милости. А я, как ваш верный вассал, временно в нём проживаю.
Успокоился Гесслер и довольный отправился к себе в замок.
Но Штауффахер оказался смышлёным малым. После этого случая заподозрил он, что захочет наместник поскорее его погубить, чтобы завладеть потом всем его имуществом.
Но и жена его, Гертруда, тоже была мудрой и порядочной женщиной. Почувствовала она, что одолевает мужа печаль, и спрашивает:
– Отчего ты так грустен, мой милый супруг?
И не успокоилась она до тех пор, пока всего у него не выпытала.
А потом и говорит:
– Нужен тебе добрый совет. Отправляйся-ка, не мешкая, к своим верным друзьям и всё им расскажи.
И вскоре встретились на лугу, неподалёку от озера Фирвальштеттерзее трое мужчин: Вальтер Фюрст из Ури, Вернер Штауффахер из Швица и Арнольд фон Мельхталь из Унтервальдена, – тот самый, отцу которого выкололи глаза.
Они долго совещались и решили заключить союз. Поклялись они вместе бороться с несправедливостью и, насколько хватит сил, пресекать и наказывать зло.
Правил в кантоне Швиц императорский наместник Гесслер. Однажды отправился он из своей резиденции в Ури. Проведя некоторое время в Альтдорфе, велел он на местном рынке под липой вкопать столб. Повесил он на столб свою шляпу, а рядом поставил одного из верных слуг. А потом велел глашатаям повсюду объявить:
– Всякий проходящий мимо человек должен поклониться шляпе и приветствовать её, как если бы там стоял сам господин наместник.
Жил в этой местности один честный мирянин. Звали его Вильгельм Телль. Проходя мимо шляпы, не исполнил он приказ наместника и не поклонился. Слуга, зорко следивший за всеми прохожими, сразу же доложил о случившемся своему господину.
Вызвал наместник Телля к себе и спрашивает:
– Почему это ты не поклонился столбу со шляпой? Разве не слышал ты мой приказ?
А Вильгельм Телль, прикинувшись невеждой, отвечал:
– Достопочтенный господин, произошло это по неосторожности, а не из злого умысла. Мне и в голову не могло прийти, что ваша милость затеял это всерьёз. Видит бог, следовало мне вести себя благоразумнее…
А был Вильгельм Телль очень искусным стрелком, и никто не мог с ним сравниться в меткости. Было у него двое сыновей, которых он очень любил. Наместник всё это знал. Велел он привести к нему обоих сыновей Телля и спрашивает:
– Кого из них ты любишь больше?
– Ваша милость, оба сына одинаково мне дороги, – честно отвечал Телль.
Тогда наместник говорит:
– Вильгельм, слышал я, что ты искусно владеешь арбалетом. Говорят даже, будто нет тебе равных. Сейчас ты докажешь мне своё мастерство. Должен ты будешь сбить стрелой это яблоко с головы одного из твоих детей. Если это тебе удастся, то и я буду считать тебя отменным стрелком.
Оторопел от ужаса Вильгельм Телль, опустился на колени и взмолился:
– Ваша милость, не в моих это силах. Можете потребовать от меня всё, что угодно, только не этого!
Но злой наместник был неумолим. С помощью верных слуг заставил он Вильгельма Телля взять арбалет, а сам положил яблоко на голову мальчика.
Понял Телль, что не уйти ему от страшного испытания. Взяв одну из стрел, он нарочно сунул её под камзол. Потом взял вторую, вставил в арбалет и мысленно попросил Бога отвести беду от ребёнка. Прицелился он хорошенько и выстрелил. На его счастье попала стрела прямо в яблоко, и ребёнок остался цел и невредим.
– Телль, это был мастерский выстрел, – похвалил его наместник. – Но объясни, почему первую стрелу ты спрятал под камзол?
– Да так, по старой привычке, – отвечал Телль. – Обычно так поступают все стрелки.
– Не верю, – сказал Гесслер, заподозрив неладное. И потребовал объяснений.
А Телль отвечает:
– Так и быть, скажу, но только пообещайте, что не казните меня за это.
Когда наместник подтвердил, что не собирается лишать его жизни, Телль сказал:
– Ну что ж! Если бы я промахнулся, и стрела угодила бы в моего ребёнка, вторая стрела полетела бы прямо в вас. И уж поверьте, я бы не промахнулся.
Услышав такое, наместник говорит:
