Сказки для Марты полностью

Сказал, и -… да, разумеется: обнулился.

Коржи обмякли от ужаса.

- Мы ничего не знаем, - сказал верхний, и - обнулился.

- Мы ничего… - сказал средний, и…

- Мы… - успел сообщить нижний.

- Эй там, на Пироге! - закричал кондитер, внезапно появляясь в дверях: На вынос готовы? Клиент ждёт! Ой, а где же?… - удивился он, и - обнулился, прямо в дверях.

- Вот так всегда, - заметила Моль, осторожно спускаясь с вишенки. Одна-одинёшенька на пустом столе.

В дверях появился ещё один человек. Он посмотрел на стол, потом на пол. Потом этот человек зачем-то посмотрел на потолок, и долго не сводил с него взгляда.

Потом он принялся разглядывать стены.

Потом он вышел.

- Расти большой, Славочка, - прошептала Моль ему вослед, - и… пожалуйста, очень тебя прошу… не будь лапшой!

Иона: Эй, там, снаружи!

Кит: Ты когда-нибудь спишь вообще?

Иона: Не-а!

Кит: Чего тебе?

Иона: Мне скучно, кит!

Кит: Господи, когда же это кончится?…

Иона: Ты бы спел, что ли…

Кит: А ты отстанешь?

Иона: Ну, если хорошо споёшь…

Кит: Ладно, слушай.

(поёт)

Иона (перебивает его): Похоже на колыбельную… Невесело как-то…

Кит: Я очень хочу спать. Очень. Хочу. Спать. Это - колыбельная. Я думал, может ты, наконец, уснёшь и дашь мне отдохнуть. Честное слово, я не хотел тебя глотать. Я СОВСЕМ не хотел…

Иона: Это ведь колыбельная для китов, верно?

Кит: Верно. Других я не знаю.

Иона: То есть, такие вот… колыбельные… вы детишкам своим поёте… на ночь…

Кит: Так и есть.

Иона: И они засыпают, и спят прямо в воде?…

Кит: Да.

Иона: Вот бы посмотреть на это.

Кит: Ээээ…

Иона: Одним глазком только…

Кит: Знаешь, я бы тебя хоть сейчас… изблевал. Но - не положено. Я ведь очень послушный кит. Придётся тебе посидеть тут ещё… мммм… некоторое время.

Иона: А это сколько?

Кит: Пока не поумнеешь.

Иона: А…

Кит (про себя): Ты бы уже поумнел, что ли…

Иона: Не могу.

Кит: Ну вот, так и будем, значит… без сна и усталости… без сна… и усталости…

Иона: Кит!

Кит: А?

Иона: Не спи! Ты когда засыпаешь, у тебя температура падает… внутри. И я замерзаю.

Кит: Вот, оказывается в чём дело! Что ж ты… молчал?… Давно бы уже костерок развели! А я бы выспался, наконец…

Иона: Ну ты голова, кит! Сам я не додумался. Может, и дровишек подкинешь?

Кит: Лови. Так ты, пожалуй, поумнеешь рано или поздно.

Иона (раздумчиво): Главное - с чего-то начать…

АлександрИсаакович Левитин родился 24 сентября 1932 года в Ленинграде. Отец его был служащим Госстраха, мать преподавала физику в профтехучилище. В его роду не было душевнобольных. История этого человека настолько необычна сама по себе, что достоверность всего пережитого им не нуждается в подтверждении для того, чтобы оправдать факт появления этой статьи в печати. В моих глазах трагедия единицы ничуть не уступает в масштабе трагедии всеобщей, тем более при данных, конкретных обстоятельствах трудно было бы определить границу, отделяя первое от второго.

Итак, в декабре 1949 года, будучи студентом первого курса ЛГУ, Александр попадает в психиатрическую клинику с диагнозом "маниакально-депрессивный психоз", однако спустя два с половиной месяца диагноз признается ошибочным и заменяется на "острый невроз на почве переутомления". Левитин возвращается на факультет археологии и в 1956 году защищает диплом.

- Что же с вами произошло тогда, в декабре 49-го?