Сказки для взрослых полностью

Большинство гениев, всемирно известных писателей и поэтов, стимулировали своё воображение алкогольными напитками, наркотическими средствами, ну и, конечно, страстными чувствами к противоположному полу, как правило, пропитанными безответной несчастной любовью. Опьянённые этим пылким чувством или «ужаленные» зелёным змием, слуги пера живописно и красочно описывали рождённые в их подсознании образы и их фантастическую жизнь, наполненную безумными страстями и невыносимыми переживаниями. Причём, некоторые писатели настолько верили в своё творчество, что порой у них стиралась грань между реальностью и вымыслом, и авторы проживали ту самую придуманную ими жизнь вместе со своими героями не только в воображении, но и наяву.

Истории известны даже такие случаи, когда в совершенно бездарном в творческом плане человеке вдруг неожиданно просыпался талант к сочинительству после того, как он переносил сильный стресс или его жизни угрожала реальная опасность, но в последний момент он чудесным образом «уцелевал», например, излечивался от смертельной болезни или выживал после жуткой автокатастрофы.

Зная об этих физиологических особенностях человека, одна сильная и властная Царица, желающая увековечить себя в литературе, пленила юного поэта. Она приказала отрубить ему левую ногу, чтобы он не смог сбежать от неё, отрубить левую руку, чтобы она не отвлекала и не мешала правой руке писать стихи, выколоть левый глаз и оторвать левое ухо. Царица была уверена, что для сочинительства вполне достаточно этих частей тела и в единственном числе.

Она пообещала, что если он напишет о ней гениальные стихи, то она доставит ему истинное наслаждение и по-царски вознаградит его страстным, королевским сексом. А если не напишет, то она прикажет отрезать ему и левое яичко. А может, даже и отрубить половину сердца.

Целую неделю лучшие палачи королевства «кромсали», а придворные лекари «штопали» бедного поэта, а когда его страшные раны окончательно зажили и затянулись, ему были выданы бумага, чернила и перо.

Первые стихи поэта о Царице были такими:

Когда тупая и заблудшая овца,

В ультимативной форме требует в сердцах,

Чтоб я писал об её царской жопе,

Как об упругой, сладкой и желанной всеми попе,

Должна была меня не расчленять,

А мой член губами царскими ласкать.

Тогда, быть может, я и написАл о ней стихи,

А не напИсал бы на царские указы! Хи-хи-хи…

После столь дерзкого памфлета Царица приказала затолкать писательское перо, которым поэт посмел написать эти недостойные, а точнее сказать ОТСТОЙНЫЕ строки про Великую Царицу, в его задницу. Моментально исполнив приказ, слуги бросили провинившегося поэта к ногам правительницы. С трудом опираясь на одно колено и согнутую в локте руку, поэт, стоя на корячках, с ненавистью смотрел одним глазом на Царицу и, в то же время, усердно напрягал ягодицы, пытаясь «выплюнуть» из задницы достаточно глубоко воткнутое перо.

– Что я хочу тебе сказать, «Павлин» ты ощипанный! – величественно произнесла Царица, небрежно поглядывая в сторону, немного отвернувшись от поэта и нервно постукивая ножкой об пол. – Стихи твои мне не понравились. И если это весь твой талант, который мог из тебя излиться, то я тут же отдам приказ слугам переделать тебя в «Петуха» и заткнуть твою поэтическую задницу чем-нибудь более большим и твёрдым, чем перо. Ведь судя по зарифмованному содержимому, вытекающему из тебя на мою бумагу, ты пишешь именно жопой, а не головой. А вот если ты сможешь меня убедить в обратном и доказать, что ты способен выдавить из себя ещё и искусство, то я, может, и дам тебе ещё один шанс. Советую тебе в этот раз посильнее поднатужиться. Я понимаю, что ты сейчас озлоблен, и твоё закипевшее дерьмо выплёскивается из тебя наружу, но я предлагаю тебе смириться, принять случившееся как свершившийся факт и успокоиться. Ведь ты не в силах ничего уже исправить. А вот навредить себе своим же упрямством ты ещё сможешь запросто. Поверь, мне надоело казнить. Я всем сердцем хочу миловать, миловаться и в славе купаться. Постой! А может, ты меня не понимаешь из-за того, что я с тобою, как с поэтом, прозой изъясняюсь? Тогда изволь, я объясню тебе стихами, – предложила Царица и, на секунду задумавшись, начала импровизировать:

Я потерпеть смогу ещё, допустим, пару дней без славы,

И подождать пока вся грязь стечёт с твоей душевной раны,

А вслед за ней польётся долгожданный сладостный бальзам -

Нектар величия, который любят уши дам.

Чтоб моё сердце перестало злиться,

А стало от волненья учащённо биться,

И грудь моя от значимости стала выпирать и под корсетом ныть,

А не вздымалась бы от гнева и желания тебя казнить.

Но стоит ли терять мне время? Давай договоримся так…

За каждую неэффективную и неудачную попытку прославления,

Я буду укорачивать тебе язык.

Когда он кончится – возьмусь за твой член.

Ты уж поверь! Не преклонив колен,

Порежу «колбасу» твою на сантиметровые колечки.

После чего скормлю их гавкающим сучкам во дворе.

И не беда, что не по кайфу мне пришлось твое творение.