Пришло время детей крестить. Великий праздник готовился во дворце, гости съезжались отовсюду, столы от кушаний ломились. Улучила королева минутку, бросила в окошко гусиное крыло – и тотчас возникла у ворот карета, шестёркой коней соловой масти запряжённая. Вышла из кареты стройная молодая женщина в роскошных одеждах. Лицо её было скрыто вуалью, а платье не хуже солнца сияло. Приблизилась незнакомка к королеве, откинула вуаль, склонилась над детьми, взяла из колыбели девочку. Замерли придворные, поражённые красотой новой гостьи. А она провозгласила, что нарекает принцессу Мунаэле. Мальчик получил имя Виллем.
Долго пировали гости, а когда настала пора разъезжаться, снова склонилась над колыбелью блистательная красавица и шепнула королеве:
– Следи, государыня, чтобы корзиночка со скорлупой всегда была при девочке, особенно по ночам. Это защита маленькой Мунаэле. Должна ты беречь и корзиночку, и скорлупу, а когда подрастёт Мунаэле, и её этому научи.
Трижды поцеловала чудесная крёстная малышку, села в карету и умчалась быстрее вихря.
Росли Виллем и Мунаэле здоровыми, смышлёными. Как и было велено, королева нашла нянюшку, и та привязалась к Мунаэле, словно к родной дочери. С каждым днём хорошела девочка, и скоро уже говорили в королевстве, будто передала ей крёстная мать свою несравненную красоту. И никто, кроме няни да самой королевы, не ведал: ночами является к колыбели прекрасная госпожа и подолгу смотрит на спящую Мунаэле. Хранили обе женщины этот секрет, а в знак доверия к няне сделала королева её своей фрейлиной.
Двойняшкам было почти два года, когда слегла королева от неизвестной болезни. Напрасно созвал король самых лучших лекарей – бессильно было их искусство против смерти.
Чуяла королева, что близок её час. Послала она за любимой фрейлиной, вручила ей заветную корзиночку с такими словами:
– Как исполнится моей дочери десять лет, передай ей корзиночку в собственные руки да накажи хранить её, ибо всё счастье и сама жизнь Мунаэле в этой корзиночке, в скорлупках заключены. О сыне я не волнуюсь. Виллем – наследник престола, о нём мой супруг позаботится.
– Всё исполню, ваше величество, и тайну сохраню, – пообещала фрейлина, а через час не стало королевы.
Прошло несколько лет. Король вновь женился, да не по любви – не мог он забыть свою первую жену, – а ради государственных интересов. Возненавидела мачеха и пасынка, и падчерицу. Заметил это король, удалил детей от двора. Теперь фрейлина – няня Мунаэле – заботилась ещё и о юном принце. Но если только встречались близнецы с мачехой, та гнала их прочь, словно собак.
Когда исполнилось принцессе десять лет, всё сделала фрейлина, как наказывала умирающая королева, – да слишком мала была Мунаэле, не уразумела, какое сокровище ей вручают, и позабыла о корзиночке.
Ещё два года пролетели подобно птицам. Как-то в отъезде был король, а Мунаэле отдыхала в саду, под липой. Там наткнулась на неё мачеха. Разгневалась, ударила девочку. Залилась слезами юная принцесса, побежала в свою комнату, хотела няне пожаловаться. Да не было поблизости няни.
Огляделась девочка, заметила золотой ларчик, подумала: «Вот что меня развлечёт!» – и подняла крышку. Оказалась в ларчике берестяная корзиночка с яичной скорлупой, овечьей шерстью да гусиным пёрышком.
– Что за хлам держат во дворце! – воскликнула Мунаэле с досадой. Взяла и вышвырнула крыло в открытое окошко.
Тотчас явилась перед нею прекрасная госпожа, погладила принцессины кудри.
– Не бойся меня, дитя. Я – твоя крёстная. Что это глазки твои ясные покраснели? Ты плакала? Знаю, знаю – мачеха с тобой жестока. Но наберись терпения, милая Мунаэле, и увидишь: придут счастливые дни. Когда ты станешь взрослой, мачеха не посмеет обижать тебя; да и никто другой вреда тебе не причинит. Главное, береги корзиночку. Сшей для неё шёлковый чехол и всегда носи её с собой на поясе, в складках платья. Если всё-таки туго тебе придётся, достань гусиное пёрышко, брось в окошко – и я к тебе явлюсь, помогу. А сейчас пойдём-ка в сад, побеседуем спокойно под сенью лип.
Столь много должны были рассказать друг другу Мунаэле и прекрасная крёстная, так затянулась их беседа, что закончили они уже в сумерках.
– Дай-ка сюда корзиночку, дитя, – произнесла крёстная. – Ужинать пора. Не могу я допустить, чтобы ты голодной спать легла.
Склонилась крёстная над корзиночкой, прошептала заклинание – и тотчас возник прямо в саду стол, а на столе – фрукты, пирожки да сласти. После ужина крёстная проводила юную принцессу в покои и научила её заклинанию, спасающему от голода.
Ещё несколько лет минуло, выросла Мунаэле. Признавали все, кто её видел: в целом мире нет девушки прекраснее.
Тут-то и грянула война. Повёл король-отец войско в поход, и было войско разбито, и отступило, гонимое жестоким врагом. Вернулся король во дворец и велел готовить столицу к долгой осаде. Враги стояли под городскими стенами. Голод начался в столице, и даже королю, его семье и придворным не хватало пищи.
