– Дурдом какой-то. – Высказалась Морган на переменке. – Раньше им просто нравилось представлять, что я ведьма, а теперь они в этом уверены.
– Их можно понять – пожала плечами Рози – Это было очень несвоевременное совпадение.
– Теперь с тебя тоже должна упасть юбка. Тогда и Нелли будут считать ведьмой, и тебе не будет так одиноко. – Предложила Танюха.
– Гениальный план. – произнесла Морган мрачно – Полный восторг.
Девушки, не сговариваясь, вздохнули. По прежнему не сговариваясь, они подхватили сумки и сбежали с занятий. Парк был в меру безлюден, погода – бессовестно прекрасна, и постепенно отвратительное настроение выветрилось. Когда подруги дружно плюхнулись под ближайшее дерево, Морган чувствовала себя почти счастливой. Она достала из сумки книгу.
– Что это? – тут же оживилась Танюха.
– Это – ответ на твой главный вопрос. – увидев выражение лица подруги, Морган усмехнулась и пояснила – Как зовут моего соседа. На обложке его имя.
Танюха вцепилась в книгу.
– А. Лаэрт? Серьезно, Лаэрт? А что значит «А»?
– Понятия не имею. Александр, Антон, Андрей…
– Асклепий.
Все обернулись к Рози.
– Ну, а что? Лаэрт был отцом Одиссея, так что все может быть.
Морган хихикнула.
– Да что такого-то?
– Рози, ты, наверно, единственный человек, кто в выпускном классе так внимательно читает Гомера.
– Да ладно тебе. Расскажи лучше, как ты узнала про соседа.
Морган рассказала. Одевая события в слова, она снова загрустила. Рози это почувствовала.
– Тебя огорчает, что он записал эту историю, да?
– Да не то чтобы… – ответила Морган. Потом фыркнула и посмотрела прямо на Рози – Да. Чертовски огорчает. И я даже уверена, что это не единственная бабушкина история в его книжке. Просто до остальных я еще не добралась.
– Так он еще и плагиатор, этот твой Адский Демон! – возмутилась Танюха.
– Я бы так не сказала. Может, бабушка ему разрешила это записать, я же не знаю. Или это он рассказал ей, а не наоборот. Он же давно у нас живет. В общем, дело совсем не в нем. Дело в том, что это были мои истории. Для меня. Я с ними росла. – Морган разбила серьезность широкой улыбкой – Вот такая я эгоистка! Ладно, Танюха, ты лучше про своего шатена расскажи. Где ты его откопала?
– О-о-о! – Щеки Танюхи запылали. – Ну, ты же мне сказала тогда про стеснительного парня, вот я и решила, чем черт не шутит? Я, конечно, не думала, что все это всерьез, но ты же знаешь, как бывает – человек что-то подсознательно замечает, а потом в шутку говорит и попадает в яблочко. Вот так и получилось! Мы в книжном познакомились. Смотрю, стоит парень, из-за книжки на меня косится, и лицо знакомое. Ну, я и подошла. Сегодня в кино идем.
Морган никогда не думала, что человек может так широко улыбаться без последствий. Танюхе это удавалось на сто процентов. Некоторые люди умеют быть заразительно счастливыми.
– Надеюсь, ты не начнешь считать меня ведьмой? – Полушутя спросила Вайцховски.
– Если только феей-крестной!
– Я не буду тебя отчитывать за то, что ты прогуляла урок, Моргана. Просто знай, что я тобой недовольна.
Тетя Катя вошла на кухню прямо с улицы, чего никогда себе не позволяла. От нее пахло сладкими духами и разочарованием. Морган уныло уставилась в чай.
– У меня были веские причины. – пробормотала она.
– Да, я знаю. Евгений Аркадьевич рассказал. Послушай, Моргана…
Тут тетя Катя села за стол.
– Не смотря на то, что сейчас у меня другая фамилия, я очень хорошо знаю, что такое быть Вайцховски.
Кабинет директора пропитался духотой и запахом кофе. На столе раздражающе громко тикали часы. Большая пожилая женщина отложила резюме и посмотрела на посетительницу так, как обычно смотрят поверх очков. Девушка ответила псевдоуверенной улыбкой.
– У вас прекрасное образование и опыт. – Произнесла наконец директор. – Вы, я вижу, работали с трудными детьми?
– Вела факультативные занятия.
– Ясно…
Пауза. Часы тикали.
– Вайцховски – редкая фамилия. Вы, конечно, не родственница целительнице Вайцховски?
Вот оно. Екатерина Вайцховски выпрямилась на стуле.
– Почему же? Марианна Вайцховски – моя мать. И она эзотерический консультант, а не целительница. Это разные вещи.
– Вот как? Ну, что же…
Большая женщина в большом кресле замялась.
– И вы одобряете род ее занятий?
Выпрямляться было уже некуда, и Екатерина вздернула подбородок.
– Я считаю, что человек имеет право быть тем, кто он есть. И мне не кажется, что работа моей матери имеет отношение к моей собственной.
Директор сложила бумаги в стопку и выровняла ее, постучав по столу. Потом сняла очки и встретила твердый взгляд Екатерины. По лицу директора пробежали морщинки – она улыбнулась.
– Когда вы сможете приступить?
Морган сердито буравила взглядом сахарницу.
– Ты не должна убегать. – говорила тетя Катя – Когда убегаешь, ты как будто даешь людям право над собой смеяться. Показываешь, что они сильнее и поэтому могут тебя судить. Решать за тебя, что правильно, а что нет. Не позволяй им этого. Не поддавайся на провокации. Бабушка никогда не поддавалась.
