Король в сопровождении свиты сам пришёл к ним одеваться. Обманщики поднимали кверху руки, будто держат что-то, приговаривая:
– Вот панталоны, вот камзол, вот кафтан! Чудесный наряд! Лёгок как паутина, и не почувствуешь его на теле. Но в этом-то вся и прелесть!
– Да, да! – говорили придворные, но они ничего не видали – нечего ведь было и видеть.
– А теперь, ваше королевское величество, соблаговолите раздеться и стать вот тут, перед большим зеркалом! – сказали королю обманщики. – Мы нарядим вас.
Король разделся, и обманщики принялись наряжать его: они делали вид, будто надевают на него одну часть одежды за другой и наконец прикрепляют что-то в плечах и на талии, – это они надевали на него королевскую мантию! А король в это время поворачивался перед зеркалом во все стороны.
– Боже, как идёт! Как чудно сидит! – шептали в свите. – Какой узор, какие краски! Роскошное платье!
– Балдахин ждёт! – доложил обер-церемониймейстер.
– Я готов! – сказал король. – Хорошо ли сидит платье?
И он ещё раз повернулся перед зеркалом: надо ведь было показать, что он внимательно рассматривает свой наряд.
Камергеры, которые должны были нести шлейф королевской мантии, сделали вид, будто приподняли что-то с полу, и пошли за королём, вытягивая перед собой руки, – они не смели и виду подать, что ничего не видят.
И вот король шествовал по улицам под роскошным балдахином, а в народе говорили:
– Ах, какой бесподобный наряд у короля! Как чудно сидит! Какая роскошная мантия!
Ни единый человек не сознался, что ничего не видит, никто не хотел показаться глупцом или никуда не годным человеком. Да, ни один наряд короля не вызывал ещё таких восторгов.
– Да ведь он совсем голый! – закричал вдруг один маленький мальчик.
– Послушайте-ка, что говорит невинный младенец! – сказал его отец, и все стали шёпотом передавать друг другу слова ребёнка.
– Да ведь он совсем голый! – закричал наконец весь народ.
И королю стало жутко: ему казалось, что они правы, но надо же было довести церемонию до конца!
И он выступал под своим балдахином ещё величавее, а камергеры шли за ним, поддерживая мантию, которой не было.
Шёл солдат по дороге: раз-два! раз-два! Ранец за спиной, сабля на боку; он шёл домой с войны. На дороге встретилась ему старая безобразная ведьма, нижняя губа висела у неё до самой груди.
– Здорово, служивый! – сказала она. – Какая у тебя славная сабля и большой ранец! Вот бравый солдат! Сейчас ты получишь денег сколько твоей душе угодно.
– Спасибо, старая ведьма! – сказал солдат.
– Видишь вон то старое дерево? – сказала ведьма, показывая на дерево, которое стояло неподалёку. – Оно пустое внутри. Влезь наверх, там будет дупло, ты и спустись в него, в самый низ! А я обвяжу тебя верёвкой вокруг пояса и вытащу назад, когда ты мне крикнешь.
– Зачем мне лезть туда в дерево? – спросил солдат.
– За деньгами! – сказала ведьма. – Знай, что когда ты доберёшься до самого низа, ты увидишь большой подземный ход; там совсем светло, потому что горит добрая сотня ламп. Потом ты увидишь три двери; можешь отворить их, ключи торчат снаружи. Войди в первую комнату; посреди комнаты увидишь большой сундук, а на нём собаку: глаза у неё словно чайные чашки! Да ты не бойся! Я дам тебе свой синий клетчатый передник, расстели его на полу, живо подойди и схвати собаку, посади её на передник, открой сундук и бери из него вволю. Тут одни медные деньги; захочешь серебра – ступай в другую комнату; там сидит собака с глазами что твои мельничные колёса! Но ты не пугайся: сажай её на передник и бери себе денежки. А хочешь, можешь достать и золота сколько угодно; пойди только в третью комнату. Но у собаки, что сидит там на сундуке, глаза – каждый с Круглую башню[10]. Вот это собака так собака! Но ты её не бойся: посади на мой передник, и она тебя не тронет, а ты бери себе золота сколько хочешь!
– Оно бы недурно! – сказал солдат. – Но что ты с меня возьмёшь за это, старая ведьма? Ведь уж что-нибудь да тебе от меня нужно?
– Я не возьму с тебя ни полушки! – сказала ведьма. – Только принеси мне старое огниво, которое позабыла там в последний раз моя бабушка.
– Ну, обвязывай меня верёвкой! – приказал солдат.
– Готово! – сказала ведьма. – А вот и мой синий клетчатый передник!
Солдат влез на дерево, спустился в дупло и очутился, как сказала ведьма, в большом проходе, где горели сотни ламп.
Вот он открыл первую дверь. Ух! Там сидела собака с глазами точно чайные чашки и таращилась на солдата.
– А ты недурна! – сказал солдат, посадил собаку на ведьмин передник и набрал полный карман медных денег, потом закрыл сундук, опять посадил на него собаку и отправился в другую комнату. Ай-ай! Там сидела собака с глазами как мельничные колёса.
– Нечего тебе таращиться на меня, глаза заболят! – сказал солдат и посадил собаку на ведьмин передник. Увидев в сундуке такую кучу серебра, он выбросил все медяки и набил оба кармана и ранец одним серебром. Затем солдат пошёл в третью комнату. Фу ты пропасть! У этой собаки глаза были ни дать ни взять две Круглые башни и вертелись точно колёса.
