Сама история марийского народа, в течение многих веков жившего в дремучих лесах, во многом напоминает волшебную сказку. Прекрасная, но в то же время суровая природа лесного края, таинственный шум столетних дубов и сосен, тяжелый крестьянский быт, эксплуатация со стороны богачей, многовековая борьба народа за свою независимость послужили фольклорным материалом для создания многих интересных сказок.
Сама история марийского народа, в течение многих веков жившего в дремучих лесах, во многом напоминает волшебную сказку. Прекрасная, но в то же время суровая природа лесного края, таинственный шум столетних дубов и сосен, тяжелый крестьянский быт. эксплуатация со стороны богачей, многовековая борьба народа за свою независимость послужили фольклорным материалом для создания многих интересных сказок.
В эту книгу включены двенадцать марийских народных сказок.
Издание третье, переработанное.
Составитель: Акцорин В. А.
Художник: Лаврентьев З. Ф.
© Марийское книжное издательство, 1981
В одном лесном марийском илеме[1] жила-была женщина Окалче. И был у нее сын Эчан. Отец его долго был в солдатах. Вернулся домой нездоровый и вскорости умер. Все мужские заботы по хозяйству взял на свои молодые плечи сын. Случалось, он и на охоту ходил…
— Молодец, сынок, хороший ты мне помощник, но вот беспокоит меня твоя охота. Увидишь на дальнем озере утку с золотыми крыльями — смотри не убивай ее. Много горя и тяжких испытаний она принесет тебе,— часто говорила мать, провожая Эчана на охоту.
Но, как известно, запретный плод сладок. Чем чаще предупреждаешь молодость не делать тот или иной неверный шаг, тем ей скорее хочется сделать его. Так и Эчан. Он кивал головой в знак согласия, а когда выходил на охоту — дорога неизменно приводила его к дальнему озеру.
И вот однажды, когда только-только прошла большая гроза и над лесом коромыслом повисла разноцветная радуга, Эчан снова пришел к берегам дальнего озера. Но что это? В камышах, недалеко от берега, увидел он утку с золотыми крыльями.
Долго целился Эчан, солнце глаза слепило, но стрела, пущенная умелой рукой, не промахнулась.
«Ну, теперь я богатый,— думал Эчан.— Продам утку — и куплю целый руэм[2] земли, наряды хорошие закажу и пошлю сватов к любимой моей — красавице Пампалче».
А в городе как раз была объявлена весенняя ярмарка. Недолго стоял Эчан со своим невиданным товаром. Подошли к нему подручные лужавуя[3] той округи и повели в богатый расписной шатер. Лужавуй поднялся навстречу и громко, торжественно произнес:
— Да, не зря говорят мои подчиненные — хороший ты охотник. Вот какую добычу принес мне.
Хотел было Эчан признаться, что совсем не подношение это, что ясак они с матерью уплатили вовремя, но лужавуй и слова ему не дает сказать.
— Передай матери, что теперь я ее всегда буду помнить и внукам, правнукам оставлю завет не давать в обиду семью ее и весь род ваш. Садись со мной, юноша, отведай-ка золотой медовухи…
Помнил Эчан, возвращаясь домой, что лужавуй обещал прислать ему грамоту на руэм земли. Но когда он все рассказал матери, та закручинилась:
— Ох, милость богатого хозяина До поры! Не к добру его обещания. Зачем ты ослушался меня?
Скоро пришли к ним подручные лужавуя и снова забрали Эчана с собой.
Опять принял хозяин Эчана ласково и произнес:
— Я помню, Эчан, что обещал тебе земли руэм, но мне сказали, что где-то за нашими полями и лесами драгоценный камень лежит. Кто как не ты, мой лучший охотник, найдешь и принесешь мне его.
Хотел было Эчан напомнить, что свое первое обещание лужавуй не выполнил, но тот опять слова не дает сказать, садит за стол, зовет виночерпия…
Помнил Эчан, возвращаясь домой, что лужавуй обещал ему два руэма земли. Все рассказал он матери, а та опять закручинилась:
— Вот и увидел ты, сынок, хозяйскую милость. Что я говорила тебе? И зачем ты убил утку с золотыми крыльями? Ну ладно. Я знаю одну добрую старушку. Живет она далеко-далеко, на краю земли нашей. Многих она выручала. Может, и тебя выручит.
Собрала мать котомку, обняла сына и долго махала ему вслед рукой. Долго ли, коротко шел Эчан —- неизвестно. Но то, что был он у той доброй старушки, истинная правда, потому что сам Эчан передал людям своего илема такие ее слова:
— Да-а! Частенько наведываются ко мне бедные люди. И у всех у них одни просьбы: указать, где земля хорошая, вольная, где нет богатых да жадных господ, где правда живет. А твоя просьба — первая. Я знаю, где то озеро, на дне которого лежит сундук, а в том сундуке — другой сундук. И вот в этом сундуке лежит тот драгоценный камень.— Старушка махнула рукой — прилетела белая гусыня.— А вот эта добрая вещунья укажет тебе дорогу к озеру. Куда она полетит — туда и иди…
Радостный возвращался домой охотник Эчан: теперь-то у него будет два руэма земли. Теперь-то скоро справит он веселую свадьбу…
Но лужавуй опять, как и в прошлый раз, не выполнил обещания. Взял драгоценный камень и пригласил Эчана за стол, позвал виночерпия.
— Самый лучший ты мой слуга,— начал лужавуй льстивую речь.— Прослышал я, что далеко-далеко, не в наших пределах живет хороший мастер. Он делает гусли, которые сами играют. Достанешь мне такие гусли — три рузма получишь.
Эчан начал было говорить про свою Пампалче, про свадьбу, но лужавуй опять за свое:
— Такой молодой джигит! Невеста в разлуке полюбит крепче. Да и жениться рано — какой резон. Погулять-походить надо молодому джигиту по белу свету, пока не попал он в тенеты семейные…
