Кто насылает нам добрые сны и кошмары? Кто решает, насколько удачливо сложится ваш день? К чему снится тишина и слышится пение птиц в февральском ветре? Как победить в давней войне, если даже близкий друг на стороне врага? Герои этих сказок и рассказов складывают в огромную мозаику свои мысли, поступки и мечты, чтобы тебе, читатель, открылись все ответы.
Дребезжит внизу распределительный ящик, раскидывая отпечатанные листы с тех. заданиями и сводками аналитики по разным корпусам и отделам. Мигает всеми цветами радуги плазменная матрица ответственности. Ползут рыжие, зеленые и ядовито-красные гусеницы на диаграмме Ганта, которая проецируется на стену зала.
На верхнем этаже, под зеркальным потолком, согнувшись над огромным листом бумаги, дробят на маленькие кусочки каждый этап любого процесса, протекающего на Мануфактуре люди в строгих костюмах.
Мануфактура — технически сложный и безумно красивый механизм, который работает как часы. У каждого элемента — свой функционал и своя задача. Каждая задача имеет свою ячейку в матрице проекта. Все связи, иерархия и системы коммуникаций абсолютно прозрачны. Все предельно четко, ясно и понятно.
Все ровно, мерно, в заданном ритме. Режимы работы — "штиль", "цейтнот", "форс-мажор" описаны в методических пособиях, прочитаны и вызубрены всеми.
Сбоев система не дает. Продукты Мануфактуры выпускаются в срок и в нужном количестве. Единственный отдел — отдел Инноваций — был упразднен за ненадобностью и внесением сутолоки в рабочий процесс еще год назад.
--
Сладкий запах флоксов вперемешку с вонью старых окурков наполнил кухню. Солнечный блик золотым зайцем скользнул по стене деревянного сруба бани и унесся дальше. Где-то под лазурно-голубым куполом перекрикиваются стрижи. В водной глади озерца отражаются плакучие ивы. За забором участка носятся босоногие конопатые дети.
— Ты доволен?
Иржи выпустил струйку дыма. Подумал, затянулся — по воздуху поплыл строй колец.
— Нет.
Дэн отрешенно смотрел в небо, буквально растекшись в старом потертом кресле.
— Что на этот раз не так? Ведь все же работает.
— Да в каком месте работает? — Дэн вяло отмахнулся. Было видно, что он уже давно не спал. — Пойми, я не хотел заселить мир бездушными машинами. Как будто роботы, а не люди. Где яркость красок, где творцы и художники, где страсти и слезы?
— Ты что, герой романа? Какая патетика…
— Иди к черту со своим сарказмом. В чем я ошибся? Вот скажи, что я сделал не так?
Иржи посмотрел на друга. Усмехнулся и уставился на озеро. По водной глади бежала мелкая рябь.
— Скажи мне, чему ты учил в первый же момент вашей встречи этих ребят?
— Специализации, ты же знаешь. Тому, что поможет им выжить на базовом уровне и потом набирать все остальное. Нанизывать, как шашлык.
— Ты не думал, что тот, кто ни разу не видел целый апельсин, никогда в жизни не подумает сложить дольки вместе?
— При чем тут апельсины? Я тебе серьезно говорю, а ты тут опять фантас…
— Заткнись. Способность к синтезу, друг мой, дана людям не просто так. И возможность набивать свои ошибки на своем собственном лбу тоже. Так доходит быстрее. Ну а ты?
— Что я? — Дэн уныло взглянул на старого товарища.
— Стремясь упростить им жизнь, ты тем самым закончил задачу всей системы образования. Ты врубил им на полную катушку аналитическое мышление. А выключил синтезирующее. Без которого никакие страсти невозможны.
Дэн открыл рот. Подумал. Закрыл и отвернулся.
На небе медленно распускались звезды. Где-то в камышах начали свои серенады лягушки. С нагретого солнцем крыльца вальяжно поднялась серая тощая кошка и забралась к Дэну на колени.
— И что теперь с ними делать? Как это исправить?
Иржи пожал плечами, задумчиво вздохнул.
— Внести хаос. Сумятицу. Ситуацию, когда привычное рухнет, и надо будет срочно искать решение. Как правило, в таких ситуациях старые установки летят к черту. Ну, или можешь подождать годик, — Иржи покачал пальцем, прервав попытку Дэна возразить, — и воспитать по-новому новую группу людей и посмотреть, что получится. Но ты снова рискуешь ошибиться. А так — они сами выбирают дорогу. Решай. В конце концов, спокойный и в меру гармоничный технологичный мир тоже не плох, можешь спросить любого на улицах города.
Дэн кисло улыбнулся. Погладил кошку. Закурил.
Сентябрь, как и положено месяцу сбора урожая, принес свои плоды и тактично отошел в сторонку, дав его хозяевам в полной мере насладиться результатом.