— Уж не думаешь ли ты, что я грохнулся, потому что испугался? Чего там было бояться?! А то я не знаю, что если не я, так ты разделаешься с братцем Псом. Вот я и решил полюбоваться, как ты ему наподдашь! А потом уж и я бы ему врезал!

— Не сочиняй! — гордо заметил братец Енот. — Братец Пес еще не коснулся тебя, а ты уже обомлел! Лежишь себе бревно бревном!

— Я и это тебе объясню, — продолжил братец Опоссум. — Я как раз выжидал момент — погоди, думаю, сейчас узнаешь, какая у меня хватка! Но, знаешь, я ужасно боюсь щекотки. Как только братец Пес ткнулся мне носом в бок, меня так разобрал смех, что я не мог и лапой шевельнуть. Выдержать щекотку — выше моих сил! Так что пусть братец Пес радуется — еще чуть-чуть, и ему бы от меня живьем не уйти.

<p>Как братец Оса стал</p><p>таким раздражительным</p><p><emphasis>Перевод А. Налепина</emphasis></p>

наете, ведь раньше братец Оса был совсем не такой, как сейчас. Это сейчас он злой, вечно раздраженный, сердитый, а раньше был веселый, компанейский. Душа компании, да и только! И поговорить любил, и пошутить, и дурака повалять. Одним словом, весельчак.

А все из-за того, что братец Оса рассорился с братцем Комаром.

Дело было так. Надо вам сказать, что братец Комар и все его семейство хоть и были невелики ростом, но держались весьма чопорно, с сознанием собственного достоинства и, чем бы ни занимались, придавали этому серьезное значение. Скажем, братец Комар и его семейство возделывали клочок земли, но называли его не иначе как плантацией. Они так серьезно обсуждали виды на урожай, что все окружающие были уверены, будто речь идет и впрямь об огромной плантации.

Братец Оса любил поговорить с братцем Комаром об этих его земельных владениях.

Вот как-то раз ударили заморозки, а картофель на поле еще не выкопали. Все кинулись скорей спасать урожай. Братец Оса и спрашивает братца Комара, как, мол, у них дела с картофелем, все ли выкопали.

— Прекрасно, — отвечал братец Комар. — Великолепно! Картофель нынче очень хорош уродился!

— Что, велики клубни? — полюбопытствовал братец Оса.

— Говорю тебе, огромные! Каждый клубень толщиной с мою ногу.

Братец Оса взглянул на тонюсенькую ножку братца Комара да как прыснет со смеху! Он так и затрясся от хохота.

Смеялся, смеялся, пока в боку не закололо. Только успокоится, взглянет невзначай на крошечную ножку братца Комара и опять зальется пуще прежнего.

От хохота у братца Осы разболелись бока, он обхватил себя руками и в изнеможении покачивался туда-сюда.

— Что с тобой? — в недоумении спросил братец Комар. — Объясни, пожалуйста, чего ты так разошелся?

— Братец Комар, — с трудом перевел дух братец Оса, — здоровенные же картофелины у тебя выросли, если они размером с твою ногу!

И он вновь затрясся от смеха.

— Смейся, смейся, дурень ты эдакий! — рассердился братец Комар. — Смейся! Только не желаю я тебе, чтобы кто-нибудь над тобой так же посмеялся!

И братец Комар отправился домой, а крылышки его очень сердито встопорщились.

Братец Оса все никак не мог успокоиться, он хохотал и хохотал без остановки. И когда пришел домой, опять начал смеяться, потому что принялся рассказывать своим домашним о братце Комаре.

И вдруг жена братца Осы в ужасе завопила:

— Что с тобой? Что случилось с твоим животом?

Глянул братец Оса на живот и видит — прямо на глазах тело его становится тоньше и тоньше, и наконец даже его крошечной лапки оказалось достаточно, чтобы перехватить себя в талии.

Вспомнил братец Оса, как зло смеялся он над братцем Комаром, и подумал: пришел теперь черед других смеяться над ним. Нет, никогда не смирится он с таким позором!

Вот потому стал братец Оса раздражительным и сердитым. Где ни появится, все ему кажется, что каждый так и норовит посмеяться над ним. Только кто взглянет, братец Оса прямо бешеным становится — вот-вот бросится в драку. Это еще что! Он ведь теперь и смеяться боится — а вдруг от смеха пополам переломится? Талия-то вон какая тонюсенькая!

<p>Как добывали самородок</p><p><emphasis>Перевод Н. Ноздриной</emphasis></p>

далекие, далекие времена царем птиц, рыб и разных мелких ползучих тварей вроде змей, лягушек, черепах, жуков да червяков был крот. Как и все кроты на свете, он был слеп на оба глаза.

Вот прослышал как-то крот, что далеко-далеко, на самом краю земли, на дне мутного ручья лежит маленький золотой самородок. И кто найдет его и положит в рот, навсегда излечится от слепоты. Ну, крот, конечно, решил заполучить этот самородок.

Тут крот и объявил, что того из его подданных, кто доставит ему самородок, ждет большая награда. Царь готов выполнить самое заветное его желание.

В общем, через день все желающие отыскать золотой самородок были уже в пути: кто прыгал, кто полз, а кто летел, направляясь к заветному ручью.

Впереди всех были, конечно, птицы. Летят птицы, всех давно обогнали, и тут — что такое? — мимо их стаи пронеслась молнией птичка Нэнси-Джейн-О, самая быстрая и ловкая из всех птиц.

Приуныли пернатые: теперь хоть домой возвращайся. Нэнси-Джейн-О давно скрылась из виду. Попробуй догони ее!

Тут кто-то возьми и скажи:

Перейти на страницу:

Все книги серии Антология детской литературы

Похожие книги