И вот напоследок в далекой чудесной стране гонцы наткнулись на одного весельчака — пил он вино, песни распевал и никогда не печалился. Спрашивают гонцы весельчака, чему он радуется. А тот присвистнул в ответ, хватил кулаком по столу и говорит:
— А чего мне не радоваться, я всем на божьем свете доволен и ничего другого для себя не желаю!
Обрадовались гонцы, что повстречали счастливца, и воскликнули:
— Пойдем с нами к нашему королю, будешь богат!
А весельчак им в ответ:
— Богат? Зачем мне богатство? С меня и моего богатства хватит! Никуда не пойду!
С превеликим трудом гонцы втолкнули счастливца в карету и привезли к королю. А уж король при последнем издыхании.
Окружили счастливого человека придворные:
— Скорей снимай рубашку!
А он вытаращил на них глаза и замотал головой.
— Рубашку снимай! Скорей снимай рубашку! — кричат придворные хором.
Каково же было их изумление, когда оказалось, что у счастливчика не было на теле рубашки. Так и умер бедный король. А все потому, что на всем белом свете не нашлось человека, которому нечего было бы желать.
В давние времена жил один крестьянин. Водилось у него кое-какое добро, но больше всего на свете дорожил он любимой женой. Встанут они, бывало, с зарей — и дружно за работу возьмутся. Трудились в поте лица и сводили кое-как концы с концами. Но недаром говорится, что горе да беда по людям ходят. Не прошло и года после свадьбы, как потерял несчастный муж единственное свое сокровище: умерла его дорогая жена.
Известно, что хорошая хозяйка — гордость любого дома, и кто такой жены лишился, тому уж на нерадивую и смотреть противно. Опустела изба у вдовца, остыл очаг, а сам он ходит теперь в грязной рубахе и в пир, и в мир, и в добрые люди. Ничего не поделаешь, пришлось ему подумать о женитьбе. Невест на выданье — что орехов в лесу, а присмотрись к ним — и увидишь: девка красива, да прясть ленива. Надоело крестьянину выбирать себе невесту, и вот однажды решил он пойти в соседнее село и жениться на первой девушке, какая встретится ему на пути.
Когда-то в старину были мельницы с конской тягой. У околицы соседнего села стояла как раз такая мельница, я возле той мельницы вдовец увидел девушку — она дожидалась, пока мельник смелет ее зерно.
— Пойдешь за меня замуж, красная девица? — спрашивает он наудачу.
Девушка встрепенулась и пропела сладким голоском, будто медовых пряников наелась:
— Не знаю. Спроси матушку!
Для жениха невеста всегда найдется, но у крестьянина слово было твердо, и от своего решения отступиться он не захотел.
Пошел к матери той девицы, что возле мельницы помола дожидалась, а она ему и говорит:
— Девка у нас на выданье — это правда, да только скажу тебе начистоту: не приучена моя доченька ни овец пасти, ни стирать, ни обед готовить. Потом не пеняй на нас за то, что мы тебе кота в мешке подсунули.
— Смотри, сынок, — вмешался тут отец девицы, — набаловала мать свою дочку, только что в мед ее не обмакивала да в молоке не купала. Коли надеешься, что сумеешь сделать из нее хорошую жену, — ну что ж, тогда бери!
Жених и сам понял, какова невеста, едва она слово молвила, но говорит старику:
— Не велика беда! Есть у меня большая торба — покуда торба полна, молодуха будет сидеть сложа руки.
И тут вдовец показал старику большую пеструю торбу, доверху набитую всякой снедью — пшеничным хлебом, мясом, маслом, а что за секрет в той торбе заключен, так и не открыл. Только добавил, обращаясь к невесте:
— Твое дело следить, чтобы торба всегда была полна, а больше ни о чем не заботься.
И пошло тут веселье: отец до смерти рад сплавить свою лежебоку, да и мать радехонька, что пристроила любимую дочку, а жених доволен, что невеста согласилась лишь до тех пор бездельничать, пока торба будет полна.
На следующий день муж собрался в поле пахать, а молодуха осталась дом сторожить. Перед уходом муж повесил торбу на гвоздь и наказывает:
— Эй, торба! Пока ты полна, изволь всю работу по дому переделать!
И к двери, а жена его окликнула:
— Что же это ты, муженек, уходишь, а не говоришь, где мне взять обед и ужин?
— В торбе всякая всячина припасена, — потрудись только ручки протянуть, моя голубка.
Вечером муж возвратился с пашни домой и видит — молодуха устроилась за печкой с кошкой на коленях, не поймешь, кто кому песни мурлычет. А в доме беспорядок и запустение. Лентяйка спотыкается о метлу, а все равно к ней не притрагивается — с какой стати, если муж приказал торбе хозяйничать.
Муж еще порога не успел переступить, а жена уж к нему с жалобой:
— Посмотри-ка, муженек, твоя торба даже в избе не подмела!
Крестьянин притворился, будто это ему в диковинку, разбушевался и давай лупить торбу:
— Ах ты лентяйка этакая, все бы тебе на гвозде висеть!
Отхлестал он торбу как следует, а потом воскликнул, словно догадался о чем-то:
— Послушай-ка, жена, сдается мне, будто отощала наша торба…
— Так я же из нее брала себе еду и на обед и на ужин!
