И вот лягушка запрыгала по дороге, а за ней вереницей потянулись тысячи муравьев.
Наконец они добрались до болота.
Тогда лягушка сказала:
— Друзья, подождите меня здесь немножко, а я сейчас пойду приготовлю для вас обед и вернусь.
И лягушка прыгнула в воду. Муравьи ждали ее, ждали, но лягушки и след простыл. Так они стояли около болота день, два, три, целую неделю, но лягушка не появилась.
Наконец муравьиная царица рассердилась и сказала:
— Мы умрем с голоду, если будем тут еще стоять и ждать эту жадную лягушку.
Она потуже затянула свой пояс и отправилась назад в муравейник, домой. И все муравьи тоже подтянули покрепче свои пояса и двинулись в обратный путь.
С тех пор животы у муравьев так и остались перетянутыми.
Жили однажды два друга — верблюд и шакал; и вот сказал шакал верблюду:
— По ту сторону реки поле сахарного тростника. Переправимся через реку, ты поешь сладкого тростника, а я половлю себе рыбы, и будет нам хороший обед.
Верблюд взял шакала на спину, потому что шакал плавать не умел, и перебрались они через реку. Верблюд забрался на поле и принялся за сахарный тростник, а шакал побежал по берегу подбирать рыбу и кости.
Шакал зверь небольшой и потому скоро наелся, а верблюд только начал есть. Кончил шакал свой обед и давай скакать вокруг поля, где пасся верблюд. Скачет и воет во всю шакалью мочь.
Услышали люди в деревне шакалий вой, прибежали с палками гнать шакала. Видят, прыгает вокруг поля шакал и воет, а на поле пасется верблюд. Рассердились люди, кинулись на верблюда, избили его и прогнали с поля, а шакал убежал.
Побрел потихоньку побитый, еле живой верблюд к реке. Догнал его шакал и говорит:
— Вернемся домой.
— Хорошо, — сказал верблюд.
Взял шакала к себе на спину и вошел в реку. Зашли они далеко в воду, верблюд и говорит шакалу:
— Друг шакал, худо ты со мной поступил. Пообедал, потом выть принялся. С чего это ты? Как будто ты не знал, что на твой вой сбегутся люди со всей деревни? Ведь из-за тебя меня до полусмерти избили, даже поесть не дали. Зачем ты принялся выть?
— Не знаю, — сказал шакал. — Такой уж у меня обычай: люблю попеть после обеда.
Двинулись они дальше в реку. Сперва была по колено верблюду вода, потом все выше и выше, наконец поплыл верблюд. Плывет и говорит шакалу:
— Знаешь что? Хочется мне поваляться в воде.
— Пожалуйста, не валяйся, — взмолился шакал, — Зачем тебе валяться?
— Не знаю, — ответил верблюд, — такой уж у меня обычай: люблю поваляться после обеда.
И начал верблюд валяться и барахтаться в воде. Упал шакал и утонул, а верблюд доплыл до берега и пошел домой.
Один купец сказал носильщику:
— Возьми-ка эту корзину с бутылками и отнеси ко мне. А за работу я дам тебе три совета, да такие, что тебе великую пользу принесут.
Носильщик согласился, взвалил корзину на плечи и пошел за купцом. Вот прошли они треть пути, носильщик и говорит:
— Ну, сахиб[8], каков ваш первый совет?
Купец ответил:
— Если кто скажет тебе, что лучше голодать, чем ходить с полным животом, ты с этим никак не соглашайся!
— Хороший совет! — отозвался носильщик.
Когда они прошли вторую треть пути, носильщик снова опросил купца:
— Ну, а второй совет?
Купец проговорил:
— Если кто скажет тебе, что лучше ходить пешком, чем ездить верхом, смотри не подумай, что это правда!
— Еще того лучше! — одобрил носильщик.
Когда же они подошли к дому купца, носильщик попросил:
— Теперь дайте третий совет!
И купец сказал.
— Если кто скажет тебе, что он видел носильщика глупее тебя, ты этому отнюдь не верь!
Тут носильщик рассердился, в гневе грохнул корзину об землю и воскликнул:
— А если тебе кто скажет, что в этой корзине хоть одна бутылка осталась целой, ты этому тоже не верь!
Как-то раз император Акбар поспорил с Бирбалом[9]. Бирбал сказал:
— О великий из великих! Я считаю, что у сотен людей может быть единое мнение.
Акбар не согласился:
— Нет, никогда не могут одинаково думать сотни разных людей.
Надо было решить спор. И вот Акбар приказал выпустить воду из бассейна перед дворцом, а бассейн покрыть тонким белым покрывалом. Затем он велел бить в барабаны и объявить приказ всем жителям города:
«Этой ночью каждый человек должен вылить в бассейн перед дворцом один кувшин молока».
И каждый человек подумал: «Раз император дал такой приказ, значит, в бассейн выльют тысячи кувшинов молока. Дай-ка я вылью туда кувшин воды — все-равно никто не заметит. Зачем зря выливать молоко?»
