Город был хорошо освещён, улицы очищены от снега. Олег смотрел по сторонам и видел чуть больше улыбок. До его дома было не более двадцати километров. Всего полчаса езды до грязных сугробов, тёмных ночей, когда горит едва ли каждый четвёртый фонарь.
– Егор, ты почему возвращаешься в наш городишко? – спросил Олег, – Ты ведь можешь жить в Питере, вообще не уезжая.
– Иногда мне хочется вернуться насовсем, – Егор загадочно улыбнулся, – Там и только там мог я сформироваться собой. В другом месте я бы вырос другим человеком.
– Всё? – Олег чувствовал в голосе друга недосказанность.
– Я не уверен, что это так, но я встречал людей с силой только в нашем городе.
Олег на миг задумался:
– А Синеглазка?
– Он скрывает… Вернее не афиширует, что родился там, – Егор особенно глубоко вздохнул, – Он однажды давал интервью, где его спросили про «формулу успеха». Этот Шлем сказал, что главное рвануть из захолустья, а потом инерция движения понесёт.
– Ты его плотно изучил… Слушай, а ты случайно не секретный агент?
Блондинчик рассмеялся:
– Если бы… Иногда я «сотрудничаю», но это особенности моих прошлых делишек, – Егор ловко перемахнул через небольшую лужицу – признак близкой теплотрассы, – Я теперь редко сам эскортирую клиенток, а заработанные деньги вложил в нескольких парней – с этого и живу. А крутиться в тусовке не перестал. Я много вижу, ещё больше слышу, а с моими способностями невероятно много чую. Эта информация очень хорошо продаётся.
– Тебе не противно? Ну спать с женщинами за деньги? – Олег сморщил нос, скривил губы и закатил глаза.
– Нет. С чего бы? Эти женщины могут себе позволить ухаживать за собой. Они себя ценят и не позволяют себе быть грязными или больными. Среди них мало природных красавиц и молодых – это да. Но сколько ты за сегодня видел красивых людей? – Егор говорил искренне, очень уверенно.
– Ты никогда не хотел настоящих отношений? – Олег задал, пожалуй, самый банальный и частый вопрос.
– А чем мои отношения не настоящие? – в голосе Егора послышались нотки обиды.
– Я… – Олег смешался, – Блин, я действительно не знаю! Может потому, что они на время и у них нет будущего?
Егор злобно ухмыльнулся:
– Вот ты встретишь умную, красивую девушку, вы будете любить друг друга и будете счастливы целый месяц. А потом… Потом окажется, что она придумала тебя иначе, чем ты есть на самом деле. Ваши встречи будут продолжаться ещё с месяц, но будущего уже не будет. Это настоящие отношения?
– Ты всё можешь перевернуть… – сказал растерянно Олег, – Мы слишком долго идём.
– Почти на месте, – Блондинчик включил свою любимую улыбку, с нотками вечно пьяной молодости, – Не отчаивайся! Найдём мы тебе счастье. Только сначала нужно смыть зиму с себя парой литров водки.
За очередным поворотом Олег увидел вход во двор-колодец с пёстрой вывеской. Сразу за аркой, украшенной неоновыми огнями, горела всеми возможными электрическими цветами арена. Сами ворота в клуб выделялись особенно пошлой и вычурной синевой. Мир медленно закружился от мельтешения ламп – это место было опасным для эпилептиков.
– Вдохни поглубже! И ныряй! – Егор стал похожим на безумца: глаза расширились, губы расползлись, задрожали пальцы на руках.
– Как в бочку с помоями? – Олег в очередной раз повёл плечами в попытке помирить своё тело с непривычной одеждой.
Блондинчик сделал на лице ухмылку для фальшивой жалости к скорбным умом:
– Хуже, дружочек, много хуже.
Егор двинулся вглубь широкими шагами, громко напевая:
– В душном зале все танцуют,
И моя подруга в такт… *
*Песня группы Крематорий.
Олег не понимал, почему Блондинчик так демонизирует этот клуб. Ведьмак много раз ходил с друзьями в такие места. Хоть он и не был в восторге от громкой музыки, плотного воздуха и толпы желающих «оторваться», но ничего сверхъестественного там не происходило. Охотник напряжённо вчитывался в пространство вокруг и не видел, чтобы на здании или людях было больше паразитов, чем обычно. Сюда ходили с радостью, иногда надеждой, а не по нужде. Паразиты могли бы цепляться за пьяные драки и стимулировать их, тьма могла бы устроить тут наркопритон, просто превратить место в гнездо гопоты, но крепкие парни пускали внутрь по дресскоду, а внутри зорко следили за порядком.
Очереди почти не было. Сразу за массивными дверьми уши и кости одновременно почувствовали непритязательную долбёжку. Танцевальные звуки проходили сквозь тело и оставляли зуд на коже. Мелодия состояла из двух нот, текст из трёх слов, вокал, сильно искажённый голосовым процессором, был едва ли отличим от нескольких сшитых сэмплов.
Ведьмаки сдали одежду, получили взамен небольшие браслеты и пошли по длинному коридору в большой зал. С каждым шагом звук усиливался. Олег ощутил дискомфорт – слух больше не мог быть средством получения сведений о пространстве вокруг. Дезориентация вызывала лёгкую тошноту.
– Давай за тот столик! – Егор кричал в самое ухо и показывал рукой, – Я закажу нам по пиву!
