И царь пляшет, и царевна пляшет, и бояре пляшут, и боярышни. В стойлах лошади в пляс пошли. В хлевах коровушки притопывают. Петухи-куры приплясывают. А пуще всех воевода пляшет. До того плясал, что упал – и дух из него вон.
Свадьбу сыграли, за работу принялись. Симеон-плотник избы ставит; Симеон-хлебороб хлеб сеет; Симеон-мореход по морям плавает; Симеон-звездочёт звёздам счёт ведёт; Симеон-стрелец Русь бережёт; Симеон-кузнец подковы куёт… На всех работы на Руси-матушке хватит.
А Симеон-младшенький песни поёт, на рожке играет – всем душу веселит, работать помогает.
Жил на свете мужик, бедняк из бедняков. Всего добра у него было – жалкая хата, клочок земли да два недокормленных вола. Ну и, конечно, ко всему этому – жена и целая куча вечно голодных детей от мала до велика.
Вот однажды ясным днём взял он с собой в поле младшего сына. Начал пахать на своих лохматых бычках, а тут вдруг словно туча набежала, да такая, что враз всё небо закрыла.
Глянул бедняк вверх – а это не туча вовсе, а птица огромная на чёрных крыльях над ним парит, острый клюв и когти на него нацелила.
Думает мужичок – конец ему пришёл. Однако птица его не тронула, а села перед ним на поле и заговорила человечьим голосом:
– А ну, человече, отвечай, что ты мне отдашь – обоих волов или сына? Да поскорей говори – у меня дети проголодались!
«Как же так, – думает бедолага, – без волов мне хоть пропадай – ни полосу вспахать, ни дров привезти, ни на базар съездить. А детей у нас много, если что – жена ещё народит… Отдать, что ли, сына?»
– Ну так что? – подгоняет его страшная птица, сама от нетерпенья когтями землю скребёт, а когти-то словно крючья стальные.
«Нет, – решил мужичок, – не бывать малому ребёнку в этих когтях!»
– Возьми тогда меня, – просит. – Мне и без того недолго осталось земные муки терпеть!
– На что мне тебя? – нахмурилась птица. – Ты весь табаком пропах, чего доброго, детишек моих потравишь.
