— С какой антилуной? — спросила машина, которая тем временем успела забыть, о чем говорила. — Ничего не знаю про антилуну… подожди, я должна подумать.
Пошумела она, погремела и промолвила:
— Нужно создать общую теорию одоления электродраконов, частным случаем которой, весьма легко разрешимым, явился бы лунный дракон.
— Ну, так создай такую теорию! — вскричал король.
— Для этой цели я должна сначала изготовить разнообразных экспериментальных электродраконов.
— Ну, нет! Большое тебе спасибо! — воскликнул король. — Дракон хочет меня трона лишить, так что же будет, если ты народишь их целое стадо?!
— Да? Ну, тогда следует прибегнуть к иному способу. Мы воспользуемся стратегическим вариантом метода последовательных приближений. Ступай и телеграфируй дракону, что ты готов отдать ему трон, если он выполнит три математических действия, совсем простых…
Пошел король в опочивальню, послал телеграмму, и дракон согласился; тогда король вернулся к машине.
— Теперь, — молвила машина, — сообщи ему, какое действие он должен выполнить первым: пусть поделит себя на самого себя!
Исполнил это указание король. Дракон поделил себя на самого себя, но, поскольку в одном электродраконе содержится только один электродракон, он по-прежнему остался на Луне и ничего не изменилось.
— Ах, что же ты наделала! — вскричал король, столь поспешно вбегая в подземелье, что едва не потерял туфли. — Дракон поделил себя на самого себя, но, поскольку единожды один равно единице, ничто не изменилось!
— Не беда, я поступила так намеренно, это ложный маневр, отвлекающий внимание, — молвила машина. — Теперь ты предложи дракону извлечь из себя корень!
Король телеграфировал на Луну, и дракон принялся извлекать корень; извлекал-извлекал, пыхтел, трясся, скрежетал, но вот наконец корень поддался, и дракон наконец извлек его из себя!
Вернулся король к машине.
— Дракон трещал, трясся, даже скрежетал, извлек корень, но по-прежнему мне угрожает! крикнул король еще с порога. — Что теперь делать, цифру… то есть Ваша Ферромагнитность?!
— Не печалься, — ответила машина, — скажи теперь, чтобы он себя из самого себя вычел!
Помчался король в опочивальню, послал телеграмму, и дракон принялся себя из самого себя вычитать. — Сначала вычел из себя хвост, потом лапы, потом туловище и наконец, увидев, что дело неладно, заколебался, но, продолжая с разгону вычитать, вычел из себя голову, и в результате остался ноль, то есть ничто: не стало электродракона!
— Нет больше электродракона! — радостно воскликнул король, вбегая в подземелье. — И все благодаря тебе, старая цифрушечка… благодаря… ах, ты уже наработалась, ты заслужила отдых, сейчас я тебя выключу.
— Ну, нет, мой дорогой, — ответила машина, — я свое дело сделала, а ты хочешь меня выключить и уже не величаешь больше Ваша Ферромагнитность? Это очень скверно! Теперь я сама обращусь в дракона, мой милый, изгоню тебя из королевства и буду править получше тебя, ты ведь всегда просил у меня совета по важнейшим делам, а значит, по существу, это я правила, а не ты…
И со скрежетом и дребезжанием стала она обращаться в электродракона: уже огненные электрокогти вылезали у нее из боков, но тут король, задыхаясь от ужаса, сбросил с ноги туфлю, прыгнул к машине и принялся крушить туфлей лампу за лампой.
Задребезжала, захрипела машина, сбилась ее программа, и из команды "электродракон" получилась команда "электродеготь"; на глазах у короля машина, похрипывая все тише и тише, превратилась в огромную блестящую массу черного как уголь электродегтя; масса еще потрескивала, пока не вытекло из нее голубыми искорками все электричество и перед остолбеневшим Полеандром не задымилась огромная лужа дегтя…
Вздохнул король с облегчением, надел туфли и вернулся в парадную опочивальню. Однако с той поры он сильно переменился: пережитые им злоключения сделали его нрав менее воинственным, и до конца своих дней Полеандр забавлялся лишь цивильной кибернетикой, военной же не касался вовсе.
Аргонавтики были первым из племен звездных, завоевавшим силою разума глуби океанов планетарных, — навеки, как думали роботы, слабые духом, — запретные для металла. Одним из драгоценных звеньев их королевства является Аквация, сверкающая на северном небе, как крупный сапфир в топазовом ожерелье.
На этой подводной планете долгие годы правил король Гидропс Всерыбный. Однажды утром призвал он в тронный зал четырех коронных министров, а когда приплыли они пред его очи, так к ним обратился, в то время как его Великий Поджаберный, весь в изумрудах, двигал над ним широко распластанный веер:
