– Завтра утром поведут тебя на допрос и скажут тебе: «Найди нам ключ от медной горы. Если найдешь, то мы тебя отпустим». А ты скажи: «Я найду». Когда они тебя выпустят из ворот, перед тобой будет дорожка, которая ведет к лесу. Иди этой дорогой.
Сказала женщина эти слова, и все стихло. Прошел час, и Маджяри заснул. Наутро он проснулся и думает: «Сон это был или явь?» Слышит – открывается дверь, входят начальники и говорят:
– Следуйте на допрос!
Ведут цыган к начальнику тюрьмы. Тот спрашивает:
– Может ли кто из вас найти ключ от медной горы? Если кто найдет, то я всех троих отпущу.
Встает цыган Маджяри и говорит:
– Я найду ключ от медной горы. Отпустите меня на час, а мои товарищи пусть останутся здесь. Вы ведь знаете, что цыгане своих друзей не бросают.
– Хорошо, – сказал начальник тюрьмы, – иди, я тебе верю.
Вот открыли перед Маджяри ворота и выпустили его. Пошел он по дороге, вдруг видит: на дороге большой дуб стоит. Подошел он к дубу, а из его дупла рука женская высунулась. Слышит Маджяри такие слова:
– Возьми ключ, Маджяри, отнеси его и обо мне не забудь.
Берет цыган ключ и несет его к начальству.
Говорит:
– Вот вам ключ от медной горы.
Начальник тюрьмы говорит:
– Мы сейчас проверим. Если это ключ от медной горы, то вы все трое свободны.
Приходят они к горе, видят – дверь. Всовывает начальник в дверь ключ – она открывается. Открыли дверь, а там внутри – золото, серебро, деньги. Говорит им начальник:
– Теперь вы свободны. Идите на все четыре стороны.
Разъехались они. Едет Маджяри и видит: стоит телега, в нее запряжены три белые лошади, а сбруя на них золотая. В телеге сидит женщина и сияет, как солнце. Говорит ему эта женщина:
– Садись, Маджяри, трогай!
Погоняет цыган лошадей, а сам дороги не видит. Только поднял глаза – перед ним море. Говорит она ему:
– Ты на каком свете жить хочешь – на белом или на черном?
Он отвечает:
– А мне все равно.
– Раз так, – говорит женщина, – закрой глаза!
Закрыл Маджяри глаза, а когда открыл и поднял голову, видит: над ним волны ходят, а впереди – дорога. Поехал он по дороге, видит: на поляне стоит шатер. Подъехал поближе, смотрит: в шатре сидят шесть братьев, отец и мать. Женщина ему говорит:
– Это мои братья, мои отец и моя мать.
Прошла неделя, вторая, третья. Они гуляют, едят-пьют, а он невесел.
Она говорит:
– Я вижу, Маджяри, тебе на этом свете скучно. Айда на белый свет!
Сели они на телегу и поехали. Она говорит ему:
– Закрой глаза.
Закрывает Маджяри глаза, а она ему говорит:
– Теперь открой глаза.
Видит Маджяри: они снова на том месте, откуда начали свой путь. Вот едут они дальше. Говорит она ему:
– Когда приедешь в свой табор, со всеми поздоровайся, только своей семье руки не подавай.
Вот видят они: стоят шатры цыганские. Подходят к шатрам. Навстречу выходят цыгане:
– Маджяри приехал!
Выходят отец, мать, братья, жена с детьми. Говорит им Маджяри:
– Не сердитесь на меня, теперь у меня другая семья. Пойду я, куда глаза глядят.
Стегнул он лошадей кнутом и уехал.
Едут они день, едут другой. Думает Маджяри: «Было у меня богатство, была семья, а теперь я один». Говорит ему женщина:
– Знаешь что, Маджяри, такие две вещи я тебе скажу: никогда не говори, что у нас нет богатства, и никогда не вставай раньше меня.
Вот видит Маджяри десять цыганских шатров – богато живут цыгане, есть у них кони, овцы, парни пляшут, а девушки поют. Говорит ему женщина:
– Куда ты смотришь, Маджяри, оглянись.
Оглянулся цыган, видит: за ним идут кони, быки, овцы и гонят их пастухи. Подошел он к цыганам. А те выбежали ему навстречу. Помогли они Маджяри поставить шатер. Зарезал он двух быков, десять баранов, стол накрыл. Начали все есть, пить.
Проходит год. У его жены родился мальчик. Говорит она мужу:
– Собери цыган, чтобы дали мальчику имя.
Собирает Маджяри всех цыган. Снова режет быков и баранов. Говорит цыганам:
– Приходите, ребята, дадим моему сыну имя. Только пусть старики имя дадут.
Называют старики разные имена. Ей не понравилось ни одно. Тогда называют имена молодые. И снова ей ни одно не поправилось.
Тогда говорят все цыгане:
– Раз наши имена ей не понравились, пусть даст имя отец.
Называет отец самые красивые имена. Снова ей не нравится. Тогда говорит Маджяри:
– Раз тебе не нравятся наши имена, сама дай имя мальчику.
– Ладно, – говорит она, – я даю ему имя Ек-опрэ-дюняс{114}.
Захлопали все в ладоши, начали есть и пить.
Берет она, собирает звезды, облака, шьет ему рубашку. Говорит она Маджяри:
– Когда мальчику исполнится восемнадцать лет, дашь ему эту рубаху.
Проходит год или два – растет мальчик. И вот однажды ночью Маджяри проснулся. Видит, мальчик распеленался, а с головы жены упал платок и волосы видны. Перепеленал он мальчика и хотел покрыть ей голову платком. Задел рукою голову, видит: что – такое? – два рожка. Проснулась жена.
– Маджяри, я ли тебе не говорила – не вставай раньше меня?
Только сказала эти слова и превратилась в облако. Слышит Маджяри ее голос издалека:
– Смотри за мальчиком!
