– Черт с ним. Все губернаторы друг друга стоят. Теперь этот хоть воздержится делать какие-нибудь глупости. Во всяком случае надеюсь на то. Спокойнее будет. Должен же понимать, что запросто мог влезть в петлю. В метрополии и не такие еще фигуры кончали на плахе. Одно дело — терпеть и использовать пиратов ради интересов короны, а другое — вступать с ними в преступный сговор из личной корысти.
– Капитан, поскольку тут наметилось затишье в событиях, я, пожалуй, покину вас. Хочу сходить и в свои владения. А вас приглашаю как-нибудь при случае посетить их со мной. Сейчас с собой не зову. Вам всё равно нужно дождаться развязки в заварившейся каше.
– Спасибо, как-нибудь сходим и к тебе ненадолго. Очень заинтриговало меня тамошнее винцо. Ты там дома поосторожнее. Постарайся выйти от меня незаметно.
– Если случится нами ожидаемое, то передайте поздравления и от меня.
Я удалился в предоставленную мне комнату и переоделся.
Дом, Дом, где ты, Дом…
ГЛАВА 5
Осторожно приоткрываю дверь в коридор. Вроде никого нет. Высовываюсь. Тихо. А ведь в капитанской коммуналке вроде бы все соседи должны быть уже дома. На цыпочках бегу к входной двери и выскальзываю на площадку, прикрывая дверь за собой. Тихо внутри щелкнул замок. Не попался. Нет, все-таки попался. Сверху по лестнице как раз спускается Александр.
– Привет, а я думал, Капитана нет дома. Звоню по телефону. Он не отвечает.
– Так его и нет здесь. Он там.
– Он что, брал тебя с собой, что ли?
– Брал.
– Так, понятно. И чем ты его шантажировал для этого? Со мной такой номер не пройдет.
– И не надо. Ты сам за мной будешь бегать с приглашением.
– Ага, жди.
– Саша, ты никуда не торопишься?
– Да вроде нет. Вот в магазин только собрался сбегать.
– Зайдем ко мне на минутку. Или нет, пойдем в магазин, а потом ко мне. У меня и перекусим чего-нибудь. Есть у меня одна идейка. Нужна помощь.
В магазине не протолкнуться. Так, хлебца, колбаски докторской, маслица, молока. Может, шпротиков взять? Возьмем. Пивка? С молоком-то? Нет, не надо. Печеньица к чаю. Вроде все.
Шпротики быстро кончились. Остаток колбаски, маслица и хлебца Александр заберет с собой. Пьем чай с печеньицем.
– Так что за идея? — спрашивает Александр.
– Мне хотелось бы посмотреть на машину в работе в момент переноса.
Александр сразу схватывает, в чем проблема.
– Только на машину?
– Неплохо бы и на объект переноса в этот момент.
– Стало быть, мне нужно сидеть рядом с ней. А сработает ли при наблюдателе? Да и у тебя не сто глаз, чтобы одновременно смотреть и за объектом, и за машиной.
– Попробуем. Выйдет-не выйдет — уже другой вопрос. Ахмеда привлечем. Он будет смотреть за тобой, а я — за машиной.
– Ладно. Колбаску только вот домой отнесу, и встретимся у Ахмеда. Опасно ее здесь оставлять, раз твои кормилицы в отъезде.
Ахмед дома и не против поучаствовать в эксперименте. Расставил чашки и на Александра тоже. Держит заварной чайничек, собираясь дозировать заварку по чашкам. Мой отказ от чаепития не принял. Сказал, что обидится. Придется уважить, хочется того или нет.
Честно говоря, чем больше я его узнаю, тем меньше мне кажется, что он дворник и по складу ума. Скорее себе на уме. А что там прячется за маской дворника, одному Аллаху известно. Рискнуть, что ли?
– Ахмед, а у тебя какая специализация?
– Ха, смешной ты человек, Сережа. Понятное дело — дворник.
– Я не об этом. По образованию.
Чайничек замирает в воздухе.
– Как догадался?
– По взгляду бывало. Не дворницкому интересу, который иногда пробивается. Выпавшим невзначай словам, характерным лишь для весьма образованного человека.
– Философия, ЛГУ. Но очень давно. Еще до войны. А ты очень наблюдателен. Надеюсь, настолько же и не болтлив. Меня нынешнее положение устраивает.
– Могила. Но с глазу на глаз-то можно будет говорить по-человечески?
– Разве что.
– Если еще до войны, то сейчас тебе должно быть где-то около семидесяти, а выглядишь ты много моложе и физически очень крепок.
– Дворницкая служба нервы бережет. А вообще-то мне еще отец говорил, что у нас в семье меньше девяноста не живут. Сам он перевалил за девяносто, когда умер. Генетика уж такая. Хорош, Учитель идет!
Александр вваливается, триумфально размахивая каким-то кульком.
– Вот, уверен был, что Ахмед принудит пить чай. Не исключено, что и под угрозой нанесения побоев, если попробуешь отказаться. Конфеты шоколадные. Выманил у соседки.
Чай у Ахмеда, конечно, знатный. То, что он, по его словам, комбинирует из магазинных отрубей нельзя назвать иначе, чем колдовство. Секрет никому не открывает, но мы-то догадываемся, откуда такой чай. Сидим и наслаждаемся напитком, посасывая конфетки. Благодать!
Однако и благодать не вечна. Открываем шкаф и заходим в тайник. Немножко стоим, не зажигая света, и любуемся переливами цвета и света, исходящими от машины. Щелкает выключатель. При свете очарование уже не то. Объясняю.
