Скелет дракона полностью

Пьеро не ожидал, открывает рот, беспомощно озираясь по сторонам. Ученики хихикают. В этот момент двери распахиваются, входит Пьеро I Медичи, по прозвищу Подагрик, правитель Флоренции. Ему 50 лет, и он действительно подагрик, идёт, тяжело опираясь на массивную трость, разукрашенную виноградными лозами, увенчанную большим лазоревым шаром. Медичи хромает на правую ногу. За ним идёт епископ – классический епископ эпохи Возрождения, молодой, пышущий здоровьем, румяный, слишком сильно любящий жизнь, чтобы исполнять все данные им обеты. Поменять бы Медичи с епископом костюмами – все бы стало на свои места. И за тем и за другим – свита. У первого – пажи и дамы, у второго – священники, занимающие разные ступени в церковной иерархии, дам нет только из приличия. В мастерской сразу становится тесно. Пьеро отходит к стене, на время становится незаметным. Верроккьо, завидев обоих, радушно улыбается, идёт навстречу. Падает сперва на колено перед епископом, целует перстень на левой руке, в то время как епископ благословляет мастера правой.

Верроккьо. Благословите, отец мой! (Поворачивается к Медичи, кланяется). Ваша Светлость!

Медичи. Не кланяйся мне, Андреа! Это я должен кланяться. И если бы не моя подагра, я бы так и сделал…

Верроккьо (учтиво). Вам кланяться мне! Да с какой же стати? Вы, как и ваш отец, всегда покровительствовали мне и моим скромным трудам! Если я и могу работать, то только благодаря заказам вашего достопочтенного семейства и ваших друзей!

Медичи. Мне приятно это слышать Андреа, но не спорь со мной. Я старше тебя, к тому же я в этом городе вроде как пока ещё главный…

Верроккьо. Многие лета!

Медичи. Не выйдет. Мне бы стать правителем пораньше, но… отец оказался слишком живуч… Так вот, Андреа, если кто-нибудь когда-нибудь вспомнит, что я существовал, то только благодаря моим заказам тебе, ну и таким как ты… Не перебивай! Человеческая жизнь бессмысленна и ничтожна. Только понимаешь это, когда она уже кончается. И так, наверное, и должно быть… Иначе я бы повесился ещё в колыбели…

Все учтиво смеются, кроме Верроккьо и самого Медичи.

Епископ. Самоубийство – грех!

Верроккьо и Медичи поворачиваются, смотрят на епископа, молча и задумчиво. Епископ мучительно краснеет. Медичи решает помочь ему.

Медичи. Н-да… Трудно не согласиться… Андреа, мы пришли к тебе вместе с епископом, чтобы заказать шар на купол собора…

Верроккьо. Шар?! О боже, нет!

Епископ (дежурно). Не поминай имя Божие всуе, сын мой!

Верроккьо. Стоит один раз удачно сделать что-то, как от тебя тут же требуют повторения! Ваша светлость, неужели нельзя заказать мне что-нибудь новенькое?

Медичи. Например, куб?

Верроккьо. А что? Интересное решение!

Епископ. Но несколько необычное… Прихожане привыкли видеть на куполах более совершенные формы.

Верроккьо. Чем же не совершенен куб?

Епископ. Углами! В углах прячутся черти! А у куба их целых шесть!

Медичи и Верроккьо. Восемь.

Епископ. Тем более!

Верроккьо. Но мне столько раз приходилось бывать в самых потаённых уголках Флоренции! Ночевать там, выпивать! Заниматься такими…

Медичи. Мы поняли, Андреа!

Верроккьо. Да! И я ни разу не встретил там ни одного черта!

Епископ (с озорством). Он просто прятался в обличье тех, с кем вы…

Медичи (укоризненно). Епископ!

Епископ. …выпивали. И бесы, прости Господи мою грешную душу, говорят сейчас вашими устами, подготавливая себе тёпленькое местечко в храме божием…

Верроккьо. Как это частенько делают священнослужители, которых я постоянно встречаю… в разных уголках Флоренции!