Скелет за шкафом полностью

Я налила себе полный стакан молока, капнула в него кофе из папиной турки и насыпала сахара и корицы. Папа молча смотрел на меня.

– Извини, это наши университетские шуточки.

Я заторопилась со стаканом к выходу. Я придумала, с кем обсудить расследование и Ботаника. И речь, конечно, не о папе.

У меня – ночь, у Ники – день. Но она все равно отказалась подключить веб-камеру из-за того, что плохо выглядит. Нам пришлось общаться вслепую. Хотя и отвыкла я от аськи, сейчас больше по скайпу со всеми болтаю. Побежали строчки Никиных вопросов, написанные фиолетовыми буквами, и я еле успевала отвечать.

– И сильно он изменился?

– Нереально!

– Втюрилась, хани?

– (( Он наш старый друг.

– У нас тут мексиканские сериалы в общей комнате нонстоп, там все время кто-нибудь то за дедушку замуж выйдет, то на сестре женится.

– ( А как насчет подозреваемых?

– Мне не нравятся эмо. Надави на Гвоздь. Зажигалка не зря исчезла.

– Как надавить? Эти эмо настоящие психи. Она даже моется с ножом.

– Тут еще сериал есть. «Закон и порядок». Там полиция часто использует метод «ты мне – я тебе». Мне вчера не спалось, и я полистала пару сайтов, посвященных эмо. Они любят мангу.

– Подарить ей картинку в стиле манга? Думаешь, за это она расколется?

– No. Ты должна struck her. Поразить. Сделай футболку с ее собственным изображением. В стиле манга.

– О! Потрясная идея! Спасибо! Я как раз знаю один киоск в переходе на проспекте Мира. Там переводят на футболки любые картинки. Ты супер!

– Да уж, конечно. Видела бы ты меня.

– Включи скайп.

– Nо. Я уродина.

– Спорю на сто баксов, что нет.

– Да? Смотри.

Пауза. Неужели и правда подключает камеру? На экране загорелось изображение. Я еле сдержала крик. Кто это? Ника?! С такими скулами, обтянутыми кожей? С еле заметными тонкими губами? А руки такие худые, одни кости! Боже, она совсем, совсем прозрачная.

– Что-то ты замолчала, хани!

Я включила свою веб-камеру и широко улыбнулась в нее.

– Да, подруга. Толстоватая ты. Ночуешь в «Макдоналдсе»?

Ника улыбнулась в ответ.

– Чем я могу тебе помочь? – спросила я.

– Ты уже помогаешь. Рассказываешь о расследовании. Хоть что-то интересное происходит.

– Слушай, вот раскроем, кто рукопись стащил, а потом съедим перед веб-камерами по шоколадному торту. Имей в виду, тебе придется слопать его целиком. Your big sister will be watching you[11].

Не стоило мне пить на ночь кофе. А может, не стоило до трех утра болтать с Никой по скайпу.

Всю ночь я ворочалась. Мне казалось – жарко. Потом – холодно. Затем откуда-то запахло мандаринами. Утром я встала с больной головой и поняла: Ника права.

Я втюрилась в Ботаника.

«Этого еще не хватало», – подумала я, умываясь ледяной водой, чтобы прийти в себя. Я не должна отвлекаться. Мне следует сосредоточиться на разгадке тайны.

– Пап! – крикнула я из ванной, – у тебя найдется шестьсот рублей?

– На учебные расходы?

– Угадал!

– На учебные расходы найдется и тысяча. Посмотри, может, тебе какой-нибудь словарь докупить надо. Ты скоро? Мама уже убежала, у нее предзащита. Так что я сам пожарил тебе омлет. Не хуже, чем в твоем «Кафемаксе».

– «Кафемакс» теперь и твой, папочка! Уже иду.

Учебные расходы, хм. Ну что, мистер Прозрачный, вы по-прежнему советуете мне опасаться двуличных людей? А вы видали кого-то более двуличного, чем я?

Футболки получились превосходными. Я заказала их две штуки. Розовую – для Риты, черную – для Макса. На обеих одна и та же картинка. Огромное сердце, внутри его сидит грустная черноволосая девушка (один глаз закрыт челкой – по всем канонам эмо-культуры) в тельняшке и мини-юбке. За спиной девушки – серые крылья. Их я прорисовала с особой тщательностью, уделяя внимание каждому перышку. Рядом с ней – электрогитара. Но самое главное – сердце, прямо над головой девушки, пронзает огромный гвоздь. Над ним написано: «Гвоздь в моем сердце», под ним – «Навсегда».