Спасибо бафам за высокую мудрость: сейчас энергия восстанавливалась стремительно. А это значит — нужно перетерпеть каких-то там два десятка ударов, чтобы собрать энергию в единое заклинание и наконец-то добить лежащего моба.
Сделано. Еще один шприц отправляется в зарастающее тело. Немного видоизмененный механизм на этот раз будет бить не по внутренним органам — его целью будет мозг. После попадания в организм тьма собирается в единый пучек и, подобно лазеру, тоненькой иголочкой пробивает насквозь головешку.
И даже этого оказывается недостаточно.
“Черт, да почему вы такие живучие.” — ругаюсь про себя, одновременно заряжая еще одно аналогичное заклинание. На этот раз не жалею времени и здоровья, вливаю в него целую прорву маны.
Разорванного тела, смешанных в кашу внутренних органов и дважды пробитой насквозь головы наконец-то хватает, чтобы убить минотавра.
“Есть. Продолжаем. Теперь следующий. С этим все сложнее. Он не обессилен от ловушки и даже не скован. Секира у него в руках раз за разом поднимается вверх, чтобы снести очередную краюху хп моей химеры. Какой там ДПС <сокращенное с английского damage per second, урон в секунду>? Где-то около двухсот, может двухсот пятидесяти. Это я так еще долго могу терпеть. В теории. А как на практике будет — посмотрим.”
Проходит два десятка секунд и вновь у меня достаточно маны для заклинания. Ничего придумывать не стал — вновь слепил из тьмы шприц. В глаза попасть им не получиться — реакция у живых минотавров будь здоров. Так что моя цель ноги, неприкрытые доспехами. Да, урона существенного я таким образом не нанесу (скорее всего), однако и не это моя сейчас цель. Главное — хоть немного снизить урон, получаемый мной от моба и начать исчерпывать его регенерацию.
Энергия проникает под кожу монстра. Ее с ощутимой скоростью начинают поглощать мышечные ткани. Как я и думал, естественная защита у здорового минотавра на порядок выше.
Приказываю тьме начать поедать клетки. С трудом и неохотой, будто даже лениво, она подчиняется. Эффект такой же, как от придуманного мной копья вампира: часть энергии тратится на то, чтобы ману внутри монстра обратить на свою сторону, заморозив побочно ткани, а остальную часть энергии пустить на то, чтобы разбить образовавшийся лед.
Так как заклинание подействовало быстро — за какую-то секунду произошло все — мифическое существо тут же накренилась от резкой потери части мышц. Упав на одно колено, страж с тяжестью поднялся, опираясь в основном на целую ногу и секиру. Проходит несколько секунд и он уже без особого труда держит равновесие и заносит орудие смерти для нового удара.
Дзинь. Дзинь. Дзинь…
“Нужно что-то менять в своей тактике. Черт. Меня может не хватить на троих минотавров. Хорошо еще второго не видно не слышно. Видать союзнички все же не зря свой опыт получают… Ладно… вернем к своим баранам…”
Еще одно заклинание. На его создание я потратил на порядок больше времени: целую минуту. Во время боя это катастрофически долго. За это время минотавр успел полностью восстановить свое здоровье. Но я не сильно отчаялся. Внушительных размеров тюбик стремительно летит в приказанное место: в бедро, в самое верхнее незащищенное место.
Страж заметил снаряд и попытался увильнуть. Но скорость снаряда оказалась выше и, хоть вскользь, тюбик попал в бедро. Содержимое шприца проскользнула внутрь. Далее, тьма организовалось в подобие ленточного червя, который быстро поедая плоть двигался выше. Его цель — внутренние органы. Вот он поедает… наверное, это почка. Теперь принялся за печень. Дальше — сердце. Большое, мощное, постоянно разрожающееся громом ударов, сердце, было полностью уничтожено, разбито и изуродовано, заклинанием. Червь прогрыз себе путь чуть дальше и… на этом его жизнь магического ленточного червя закончилась: организм стража полностью поглотил паразитическую ману.
Минотавр резко согнулся пополам. Даже такое существо не может игнорировать почти мгновенную потерю большей части жизненно важных органов.
Пару ударов моего сердца и вот, еще более разъяренный страж встает, опираясь на секиру. Залитые кровью, нет, расплавленной яростью глаза и огромный бычий нос, из которого в буквальном смысле валил пар, рисовали мне картины, десятки и сотни картин моей смерти. Казалось, что мое отражение в его жрачках, пляшет и агонизирует от адской боли.
