Капитан спецназа ФСБ Александр Северцев привык в работе к любым нештатным ситуациям. И понюхать пороха ему за свою жизнь пришлось немало. Но он даже не мог подумать, что обычная поездка с родней на Волгу превратится в настоящий кошмар. По нелепой случайности они оказались в самом эпицентре кровавой бойни между двумя военизированными группировками, и вся его родня оказалась в заложниках. Причем люди находятся в заминированной машине, и обезвредить взрывчатку может только тот, кто ее ставил. Придется Северцеву вступить в бой с явно превосходящими силами противника. У него просто нет другого выхода…
— Ну, так вы будете говорить или нет? — Плотный мужчина в темном костюме, сидящий за большим письменным столом, чуть наклонился вперед, не отводя глаз от своего собеседника.
В небольшом кабинете было темно. Мрак рассеивала лишь настольная лампа с полусферическим отражателем. Белый конус ее яркого света захватывал только небольшую часть стола. На столе под лампой лежали сигареты «Кэмэл», золотая зажигалка «Данхил» и стояла мельхиоровая пепельница.
Кроме стола, лампа освещала фигуру невысокого, довольно полного человека в мятом и грязном костюме бежевого цвета. На вид этому мужчине было сорок — сорок пять лет. Его волосы уже начали седеть на висках, а на лбу и возле губ залегли глубокие морщины. Его глаза бегали по сторонам, у него был очень испуганный вид. Он был крепко привязан черными капроновыми ремнями к привинченному к полу металлическому стулу. По-видимому, этот мужчина попал в серьезный переплет.
Плотный мужчина за столом неторопливо протянул руку вперед и достал из пачки сигарету. Сверкнуло полированное золото дорогой зажигалки.
Сам сидящий за столом мужчина в темноте кабинета был почти неразличим. В свете лампы были видны только его руки, а черный контур его фигуры, полускрытой столом, лишь слегка выделялся на фоне стен кабинета, отделанного панелями под темное дерево. Лишь когда мужчина щелкнул зажигалкой и поднес ее к зажатой в губах сигарете, стало видно его округлое лицо.
У сидящего за столом мужчины оказались правильные черты лица славянского типа. Его волосы цвета спелой ржи были коротко и аккуратно пострижены под «ежик». Ему можно было дать 35–40 лет. Рост мужчины нельзя было определить, так как он сидел за столом. Однако было похоже, что он довольно высокий. Его серые глаза внимательно следили за огоньком зажигалки. Мужчина аккуратно окунул кончик сигареты в маленький язычок пламени и, глубоко затянувшись, выпустил в воздух красивую струйку дыма.
Полюбовавшись на сигаретный дым в белом свете настольной лампы, мужчина положил зажигалку точно на то же самое место, откуда он ее взял. Потом посмотрел на человека в мятом бежевом костюме, сидящего перед ним на стальном стуле, и вновь обратился к нему:
— Видите ли, в чем у нас проблема. Дело в том, что сейчас у меня нет, просто нет времени на длинные разговоры. И я могу вам еще уделить всего… — Мужчина за столом бросил быстрый взгляд на дорогую «Омегу» в платиновом корпусе, красующуюся у него на запястье. — Еще три минуты и сорок семь секунд. И ни секундой больше. Учтите это. Ну, а если вы не соблаговолите, — тут мужчина за столом слегка улыбнулся, но сразу же опять посерьезнел, — ответить мне на мои пять, всего пять вопросов, то вас ждет одно весьма неприятное ощущение.
Мужчина в темном костюме сунул руку в ящик стола, и через секунду на освещенный лампой участок столешницы лег черный пистолет с привинченным к стволу глушителем.
— Пуля попадет в вашу голову посередине лба, немного повыше бровей, — продолжал мужчина. — Чувствуете это место? Подвигайте бровями, почувствуйте его… потому что через… — плотный мужчина за столом опять посмотрел на свои наручные часы, — …три минуты и пять секунд вы узнаете, каково это, когда пуля пробивает вашу лобную кость, легко пронизывает ваш мозг и выходит наружу через затылок. А потом вы уже не будете чувствовать ничего… Вам все понятно? Вы будете отвечать? — Мужчина в темном костюме внимательно посмотрел на сидящего перед ним связанного по рукам и ногам толстяка.
А рыхлое тело того начала бить дрожь. Он судорожно пытался шевелить руками, его толстые пальцы беспомощно скребли по полированной нержавейке стула. Бледное, осунувшееся лицо пленника исказила мучительная гримаса. Он производил жалкое впечатление. В слепящем свете яркой лампы было видно, как по его лицу с темными мешками под глазами медленно ползли вниз капли пота.
— Понимаете, я… я не могу… Они… — Голос привязанного к стулу толстяка прерывался от волнения. По-видимому, его дыхание перехватил спазм, он задыхался и никак не мог закончить начатой фразы.
Мужчина за столом аккуратно затушил недокуренную сигарету в тяжелой литой мельхиоровой пепельнице и не спеша взялся за шершавую пластмассовую рукоятку лежащего перед ним на столе черного пистолета.
Задумчиво разглядывая свой Glock-17 калибра 9 мм, так, как будто он увидел его в первый раз, мужчина взвесил в руке оружие и чуть покосился на длинный черный глушитель.
Он недовольно покачал головой и жестом поднятой левой руки остановил прерывистую и бессодержательную речь толстяка. Спокойным и даже мягким голосом тихо произнес:
— Знаете, зачем на этом пистолете сейчас привинчен глушитель? Я не люблю громких выстрелов в замкнутом пространстве. Они плохо действуют на слух. Понимаете?
Мужчина в бежевом костюме судорожно сглотнул, но промолчал.