— Непременно, — кивнул инспектор. — А пока всего вам наилучшего. Постарайтесь не волноваться. Мы найдем ваших людей живыми. Думаю, не для того их похищали, чтобы с ними расправиться. Расправиться было бы проще на месте — в посольстве или в городе. Но их похитили. Значит, не для того, чтобы убить.
— А для чего же, по-вашему? — спросил посол.
— Ну, скажем, для того, чтобы использовать их в качестве… — здесь инспектор замялся, подбирая наиболее удачное слово, — в качестве политического инструмента. То есть чтобы что-то выторговать для себя в обмен на их жизни.
— Для себя? — Посол невольно усмехнулся, и инспектор, конечно же, заметил эту усмешку.
— Я не совсем точно выразился, — поправился он. — Разумеется, не для себя. Они — обыкновенные разбойники. А какова цель всех разбойников на свете? Нажива. Для чего разбойникам политика? Но — за «Орлами пустыни», по нашим сведениям, стоят некие политические силы. Враждебные политические силы. Они — враги и Ливану, и вашей стране. И эти силы наняли в качестве политического инструмента «Орлов пустыни». Так что похитители действуют не в своих интересах, а в интересах тех, кто скрывается за их спинами. Конечно, не без выгоды для себя, но это уже не так и важно. Вот такой получается расклад.
— И что же, вы знаете тех, кто скрывается за спинами «Орлов»? — спросил посол.
— Думаю, вы их знаете гораздо лучше, чем я, — усмехнулся Мансур. — Так сказать, по роду вашей деятельности…
С тем инспектор и откланялся. Оставшись один, посол подошел к окну. Голова болела невыносимо, однако же ни о каком покое не могло быть и речи. Какой уж тут покой? Тут надо думать, надо находить пути и способы, чтобы вызволить похищенных людей из беды. Но вместе с тем, что мог сделать посол? Как он мог найти похищенных? Он не сыщик, он дипломат. Конечно, он по дипломатической линии будет делать все возможное, чтобы спасти похищенных людей. Но все же — главную роль в случившейся беде играл не он, а другие. Например, этот вечно усмехающийся полицейский инспектор.
Да, инспектор… Похоже, он был прав в своих рассуждениях. Действительно, не для того террористы похитили шестерых людей из посольства, чтобы тотчас же с ними расправиться. А следовательно, нужно ожидать от похитителей каких-то дополнительных действий. Скажем, политических заявлений и требований. Возможен был и другой вариант — никаких политических требований они не выдвинут, а потребуют выкуп. Так-то оно так, однако же для этого совсем не обязательно было похищать сотрудников посольства, можно было похитить и кого-то другого. Но с другой стороны — за сотрудников посольства, в принципе, можно потребовать выкуп гораздо больший, чем, допустим, за похищенных сотрудников торговой миссии или, скажем, советских моряков. Так отчего бы этим «Орлам» и не рискнуть? Да, конечно, дело опасное, можно даже сказать и так — опасное и чреватое дополнительными проблемами, потому что похищение сотрудников посольства — это, как ни крути, а политический акт, ну да что же с того? На то эти «Орлы» и разбойники, чтобы рисковать.
Посол тяжело вздохнул и отошел от окна. Ему очень хотелось связаться с резидентурой КГБ и спросить, нет ли чего-то нового в деле похищения людей — ведь не может же резидентура оставаться безучастной в таком неслыханном деле! Но он понимал, что резидентура и сама, будь у нее такие сведения, связалась бы с ним. А коль не связывается, значит, сообщить ей покамест нечего.
И все, что оставалось послу, это надеяться и ждать. А еще — унять как-нибудь невыносимую головную боль.
Тем временем инспектор Мансур развернул энергичную деятельность. Он принялся за охранников советского посольства, и это было и резонно, и логично. Сейчас именно эти семь ливанских полицейских были для Мансура главными подозреваемыми. Ведь и в самом деле — как это так? Эти семеро были вооружены, они должны были бдительно охранять посольство, но отчего-то случилось так, что похитители въехали на территорию посольства практически беспрепятственно. Спрашивается, где были в это время полицейские-охранники, почему они не остановили похитителей, почему даже ни разу не выстрелили? В чем тут было дело? Уж не в сговоре ли они были с похитителями? А если так, то, следовательно, они похитителей знают. Ну а если знают, то вот же он — желанный для любого сыщика след!
Перво-наперво Мансур заменил охрану при посольстве. Вверенной ему властью он затребовал в качестве охранников других полицейских, а прежних погрузил в машину и поехал вместе с ними в городское полицейское управление — разбираться.
