– Казалось ли мне что? - спросил он с раздражением.
– Что она была удовлетворена?
– Что вы имеете в виду, Тео?
– Я не знаю, но, может быть, это из-за вас она, в конце концов, стала испытывать отвращение к мужчинам.
– Не знаю, я ли заставил испытывать ее отвращение к мужчинам, но вас я сейчас отучу говорить такие глупости!
Не дав мне времени ответить, он неожиданно ударил меня, опрокинув на пол и осыпая ударами. С окровавленным ртом, я все-таки быстро поднялся и ответил ему серией прямых апперкотов.
– Я тебе морду набью, старая развалина!
Барбара, услышав крик, выбежала из кухни и разняла нас, резко отчитывая.
– Перестаньте! Вы ведете себя как мальчишки, вы меня разочаровываете.
Не одарив меня и взглядом, Магнус поднялся в свою комнату, чтобы позвонить дочери.
Я остался наедине с Барбарой.
– Что на тебя нашло? Ты с ума сошел?
Она отвела меня в ванную, чтобы наложить повязку и бактерицидную мазь.
– Ну как ты?
– Как человек, который только что узнал, что женщина, которую он любил, – лесбиянка, ответил я разочарованно.
Пока она занималась моей раной, я посмотрел на нее новым взглядом. Ее лицо, ее ноги, руки, глаза: все ее тело теперь приняло иной вид, когда я узнал, что все это связано с Мэл. Мне просто необходимо было узнать больше.
– А Мелани тебе рассказывала когда-нибудь о своих прошлых отношениях?
– Ты имеешь в виду сексуальных отношениях?
– Да.
– Ну не совсем. Она мне особо ничего не рассказывала, ты знаешь, мы с ней никогда не были близкими подругами.
– Но может быть, ты знаешь, что она была бисексуальна?
Она задумалась, прежде чем ответить:
– Не думаю, что она могла получить сексуальное удовольствие с мужчинами.
– Почему?
– Тео!.. Ты прекрасно знаешь, что на такие вопросы нет ответа.
Конечно, она была права, но боль и разочарование толкали меня на поиски рациональных причин для чувств и желания.
– Ты должна заметить, что я довольно-таки ограниченный.
– Иногда ты очень упрямый, но я бы хотела встретить на своем пути такого мужчину, как ты, чуть раньше…
Я знал, что она редко говорит комплименты, и по достоинству оценил ее слова.
– А чем это было для тебя, Барбара?
– Ты о чем?
– О твоих отношениях с Мэл.
Она грустно улыбнулась.
– Я не лесбиянка, если ты это имел в виду. Просто авантюристка, которая не захотела упускать шанс приблизиться к одной из самых влиятельных личностей государства. Должна признаться тебе, что в жизни мне пришлось частенько расценивать секс как чисто практическую вещь...
– Средство для достижения твоих целей?
– В какой-то степени.
– Но что ты выиграла, переспав с Андерсон?
– У нее был прямой доступ к экономической власти. После эпизода в Никарагуа мне пришлось потратить целый год, прежде чем мне удалось найти жалкое место на предприятии общественных работ. Она помогла мне найти более достойное меня место, и исчезнуть из черного списка.
В свою очередь она начала подниматься по лестнице, чтобы лечь спать.
– А ты когда-нибудь любила, Барбара? - мой вопрос догнал ее на последних ступенях.
Она повернулась, но предпочла уклониться от ответа.
– Сегодня уже очень поздно говорить об этом, Тео. Спокойной ночи.
Обуреваемая эмоциями, девушка оставила свой компьютер, подключенный к официальному сайту Белого Дома.
Я решил посмотреть все фильмы, отражающие карьеру Мэл Андерсон, от ее путешествий в космос, на борту Колумбии, и до недавнего назначения кандидатом от партии демократов на ближайших президентских выборах.
Через четверть часа Джемерек спустился в гостиную, чтобы подключить свой мобильный видеофон к маленькому зарядному устройству. Он постарался сделать вид, что не видит меня, пока я не задал ему вопрос:
– Ну что, Магнус, что вам рассказала Селия?
Было заметно, что отвечать мне он не хотел, но совладав с собой, сказал:
– Это невероятно! Она только что рассказала мне, что виделась с матерью, начиная с десяти лет. Однажды, когда она выходила из школы, Мелани пришла с ней поговорить. Мелани призналась, что она ее мать, и объяснила, при каких обстоятельствах была вынуждена расстаться с ней. Мэл предложила ей встречаться регулярно. Селия согласилась и поклялась никому не говорить об этом.
– Должно быть, это был немалый шок для десятилетнего ребенка.
– На самом деле, Селия всегда была очень независимой. Она сказала, что ей было радостно узнать свою мать. Она счастлива и очень гордится ей.
– Я до сих пор не понимаю, как с такими частыми встречами с дочерью, никто так и не узнал о ее существовании.
– Вы знаете, пока Мэл не стала вице-президентом, ее не так преследовали журналисты.
– Но Селии всего десять лет! Как она могла скрывать то, что втайне виделась с матерью?
– Я не знаю, – ответил Магнус с виноватой ноткой в голосе. - Это правда, что я всегда был очень занят работой, но я всегда занимался дочерью. Просто я не следил за ней постоянно: она одновременно талантливая и очень ответственная. Мы живем в спокойном квартале, и она ходила в школу одна.
Я налил нам еще виски и позвал друга подойти к столу.
– Я хочу вам показать кое-что важное, – сказал я, указывая на экран компьютера.
