Руку даю на отсечение: там лежали не только скучные плиты с указаниями, как людям можно поступать и как нельзя, а еще и Скипетр света. Но кто положил его туда и отдал ковчег Моисею? Это и вправду был Сет? Можно ли открыть ковчег тем кодом из греческих букв? И не опасно ли тогда к нему прикасаться? Впрочем, он исчез много сотен лет назад. Что с ним сделал Соломон? Зачем оставил ремень с подсказкой именно Тоту и почему сразу не вернул ему ковчег вместе со Скипетром света? И почему Азраэль утаил от меня все это? Мы обсуждали храм и его уничтожение. Он ни словом не обмолвился о ковчеге. Мне давно уже следовало уловить связь. Я прижимаю пальцы ко лбу. Тот написал «Герметический корпус» лишь через несколько веков после кражи скипетра. А если они с Рамзесом II все это спланировали? Такое возможно? Замешан ли кто-то еще? Какой ангел защищал Моисея с ковчегом во время побега? И если мое предположение верно, знала ли об этом любимая жена Рамзеса? Ее сын пал жертвой последней казни, а казни послали, чтобы отвлечь аристоев и чтобы вор мог похитить Скипетр света. У меня пробегает мороз по коже при мысли о том, что Рамзес из-за жажды власти пожертвовал сыном. Может ли быть, что во всем виноват не Сет, а Тот? Он самый умный и образованный среди богов. Я бы не удивилась, если ему надоели распри между остальными. Он просто спихнул всю вину на Сета, поскольку тому и так уже никто не верил. Если это так, то бог хаоса провел почти три тысячи лет в изгнании ни за что и несправедливо понес такое жуткое наказание. Не потому ли Тот его навещал? Замучила совесть или хотел насладиться страданиями Сета?
Я вытаскиваю с полок другие книги и пролистываю их. Может, обнаружу на одном из рисунков из гробниц и храмов ковчег, который, как считают наши ученые, создали только после того, как Моисей получил скрижали. Раздается короткий стук в дверь, и, прежде чем я успеваю крикнуть «Войдите!», она распахивается. В кабинет входит взлохмаченный и вспотевший ангел. Я прислоняюсь к книжному стеллажу, потому что, несмотря на свою растрепанность, выглядит он сногсшибательно. Или даже именно поэтому.
– Разве ты не купаться ходил?
Он осуждающе приподнимает бровь:
– Да, и ждал тебя, пока не замерз.
– Бедняжка, согрелся бы горячими мыслями.
– О, я согревался, и еще как.
Воздержавшись от вопроса, что это были за мысли, я прочищаю горло:
– А я пока пыталась выполнять свою работу. Ты, случайно, не скрыл от меня ничего важного? Тебе вообще нужно, чтобы я нашла Скипетр света?
Ангел подходит ближе, и я замечаю, что волосы у него мокрые.
– Понятия не имею, о чем ты.
– Тогда давай я тебе помогу. Я говорю о ковчеге Завета. – Азраэль резко останавливается и замирает. У него на лице отражается шок, который за считаные секунды трансформируется в угрызения совести. Пойман с поличным, я бы сказала. – Думал, я не догадаюсь?
Он колеблется мгновение и трет рукой затылок, прежде чем ответить:
– Не думал, что это важно. Нам кажется, что Скипетр света уже не в ковчеге.
– И как же вы пришли к таким выводам?
Для меня самой удивительно, насколько спокойной я остаюсь, столкнувшись с подобным разоблачением. Он заставил меня тыкать пальцем в небо, а ведь у меня каждый день на счету. Ангел сглатывает:
– Я просто знаю. Нельзя принять это как данность?
– Так легко ты от меня не отделаешься. Весь наш договор строится на взаимном доверии. Так как же оно должно работать, если ты скрываешь от меня важную информацию? И не отрицай, она важная. Скипетр вынули из ковчега еще до ухода Моисея из Египта или после?
– Бог, который передал Моисею ковчег, сообщил ему и заклинание, которым ларец открывался. Другого объяснения быть не может, потому что посох, которым Моисей разделил море, был Скипетром света. Заклинание наделило Моисея властью управлять им.
– Значит, заклинание. Как интересно и как легко. И что же сказал Моисей? Абракадабра?
– Очень смешно.
– А я-то считала, что вы, ребята, более изобретательны! – сердито выговариваю, не в силах сдержаться. – И опять сведения, которыми ты со мной не поделился. Я не сумею тебе помочь, если буду знать лишь половину. Для меня очень много поставлено на карту, – с трудом сохраняя самообладание, произношу я. – Так что выкладывай. Ковчег должен был стать символом союза между людьми и богом. Моисей выступал за то, что существует только один бог. Ты уверен, что это Сет внушил ему такую мысль?
– Конечно, это он.
– Какой ангел, по-твоему, сопровождал процессию Моисея? А может, ты сам? Вдруг Сет до сих пор твой лучший друг и это ваш заранее подготовленный маневр? Вдруг все, что ты мне рассказывал, – ложь?
Азраэль выпрямляет спину и строго смотрит на меня:
– Это не так. Сет выкрал ковчег и отправил с ним Моисея, но, прежде чем успел последовать за ним, его осудили и отправили в ссылку к Ра. Поэтому Моисей сорок лет бродил с ларцом и не знал, куда его деть. Он ждал инструкций от Сета, а когда не получил их, забрал ковчег с собой в Святую землю.
– Что насчет Тота? Он не мог все это спланировать? На ремне записано его высказывание.
