— Сначала нет. Но война с рогатыми затянулась, и лорд передумал. Принявшие печать потеряли пламя, зато обрели иные силы. Я отказался от милости крылатых. Да, они помогли изгнать чужаков, но после спровоцировали вражду между кланами. В жестокой распре погибла практически вся семья лорда, и мы взбунтовались. Всё оказалось непросто, — он замолчал, продолжив через несколько томительных минут, — принявший дар не может отказаться, только покровитель способен забрать. А как отцепить тех, кто присосался подобно паразиту? Можно срезать плоть, но суть останется прежней.
Ариадна потёрла плечо. Нина вспомнила, что там оставалась татуировка после выбора защитника. Возможно, феникс подслушивал разговор. После «общения» с виверной Ракитина бы не поверила никому, даже Нероту — верховному среди богов.
— Нас спас огонь. Пламя ослабляет сувари, лишает крылья гибкости, и те становятся уязвимыми. Среди тех, кто отверг крылатых и принял бой, выжило трое, — Аспен выдохнул облачко густого пара, — я знаю сущность ваших богов. Они оставили мой дом, но принявшие договор драконы так и не вернули искру.
Нину озарила внезапная догадка:
— Поэтому ты часто бывал в Фальконе? Следил за сувари?
— Присматривал.
Луна раскололась на две половинки. Зашумел ветер, подняв пепел и сотворив снегопад.
— Едва представляю, как столь капризные особы дотронулись до чешуйчатого монстра, чтобы оставить метку, — Фаррел сложил руки на груди.
— В своей грани я подобен вам.
— То есть, ты человек, — Нина сжала губы, — зачем ввязался в наши проблемы? Зачем помогаешь? Тебе тоже что-то нужно? Я не знаю, кому верить.
Дракон склонил голову на левый бок:
И точно: сырой после дождя мох, ландыши, проглядывающие сквозь ветви лоскутки неба. Ния тянется к жемчужным бутончикам, но скользит и падает в овраг. Порыв тёплого ветра, и девочка лежит на шершавой шее. Поглаживает чешуйки и слышит тихую песню.
— Я хочу спокойствия в четырёх мирах. Падение вашего затронет мой, а второго разлома мы не выдержим.
— Что я должна сделать?
— Вступай в мои ряды, — ухмыльнулся принц.
Нина посмотрела на Ариадну.
— Дракону я доверяю.
— Дотронься до гребня.
Инспектор прикоснулась к шипам. Острия укололи пальцы, но вместо боли девушка ощутила жар, будто прислонилась к печи. Тепло от кирпичиков-чешуек вихрями окутывало Ракитину, насыщало каждую клеточку тела, сжигая страхи и пробуждая внутренний огонь. Интересно, если инспектор закричит, изо рта вырвется пламя? Волосы уже заискрились!
— Чувствуешь силу? — рассмеялся дракон, — поспешим к твоему отцу. Помощь ему нужна как никогда!
— Ириния!
Голос Астриха растворился в криках богини. Рубиновый огонь «плавил» Вальду, обращал чешуйки одеяния в пепел. Кожа тлела, обнажая антрацитовую плоть, изрезанную сетью чернильных сосудов, переплетающих подобно паутине. Падая, капли разъедали землю словно кислота.
Пленница скрестила обгорелые руки-палки:
— Никогда! — голос напоминал шипение углей, — я бессмертна!
Хлопок, и богиня рассыпалась кристаллами чёрного льда. Пламя растопило осколки, густая смолянистая жидкость впиталась в газон.
Воцарилась тишина.
— Только помогли ей сбежать! — Фаррел ударил кулаком по воздуху, — и разозлили!
— Вы спасли меня.
Астрих переводил взгляд с Иринии на Ариадну. Жена осталась прежней, но дочь… впустила в себя драконий огонь.
— Прости, пожалуйста, — прошептала инспектор, — я не послушалась. Я… я должна была что-то предпринять! Помочь! И…
— Сначала мы увидели Савану, — встряла Ариадна, — она выманила в Фалькон и предложила сделку. Буквально проникла в разум и чудом не обманула.
— Но вовремя появился Аспен. И одарил своей мощью.
— Вижу.
Чешуекрылый выдохнул облако дыма.
— Вы восстановите равновесие, я заберу искру.
— Вашими бы устами, — он вздохнул, — благодарю за помощь.
— Кстати, виверну мы потрепали основательно, — принц пригладил горевшие огнём волосы, — вот уж не думал, что на самом деле — это страшная трёхглазая фурия! Кому мы поклонялись много лет?
— Чудовищам.
Хедлунд поднял Скипетр, стряхнул пепел. Пламя не навредило деревянному остову и хрустальному кольцу, видимо, Савана надёжно защитила артефакт. Который пора бы собрать и пустить в ход против зла. Чутьё подсказывало первому помощнику — разъярённые богини (раненая змея и отвергнутая драконница) не простят оскорблений. Каждая отомстит, вопрос лишь во времени. В любом случае, всё свершится до заката.
