Шепотом произнёс ратлинг, подбирая оружие эльдар, отдалённо напоминающее пистолет. Конечно, крысюк не был экспертом в оружии остроухих ксеносов. Но любые подделки старшей расы высоко ценились на чёрном рынке. Райн в предвкушении улыбнулся. Этот пистолет он продаст в тайне от брата и все добытые с него деньги оставит себе. А нехрен было подвергать своего любимого брата опасности. И это будет уроком. Да-да-да…
Пока крысюк рылся в трофеях своего покровителя, УР-025 неспешно двигался к скоплениям техножрецов. Естественно, он понимал, что его «союзники» у него подворовывали. Более того, он сам их к этому подталкивал, специально захватывая трофеи глупцов, осмелившихся исследовать крепость, и тем самым одновременно привязывая их к себе и сберегая по-настоящему ценные предметы подальше от них.
УР-025, замаскированный под своих ограниченных собратьев, медленно направлялся к первому скоплению людей, называющих себя слугами Омниссии. Он размышлял о том, что их бог, вероятно, не испытывает к ним любви, и в такие моменты ему почти становилось жаль этих существ. Но, вспоминая то, что они делают с его собратьями, всякая жалость к мясным мешкам пропадала.
Вот он вышел из своего укрытия и отправился к намеченной цели, проходя через доки, используемые преимущественно местными жителями. И потому гораздо менее загруженные.
На пути ему встречалось не так много людей и других органических видов, и те, кто всё же видел его, отшатывались в страхе. И дело было не только в его устрашающем облике.
За время, проведённое в крепости, УР-025 уже давно заработал себе репутацию. Не самую хорошую. За всё это время он участвовал более чем в двухстах вылазках, из которых в пятидесяти трёх возвращался один. Из-за этого его перестали брать в группы, отправляющиеся в крепость, и теперь ему приходилось спускаться туда в одиночку.
УР-025 не переживал по этому поводу. Ему было всё равно на мнение и чувства окружающих органиков. Однако он не понимал, почему биологические формы жизни так отреагировали на его статистику. Три четверти относительно удачных экспедиций — вполне приемлемый результат. По его расчётам, именно такое количество людей возвращается назад из крепости.
Убивал ли древний робот тех, кто состоял с ним в группе? Ответ зависит от определения. В большинстве случаев технически нет. Они умирали от ловушек, стражей крепости, ургулей и других опасностей. УР-025 лишь заманивал их туда, лично устраняя лишь тех, кто, по его оценкам, представлял наибольшую опасность.
Всё это он делал для того, чтобы защитить крепость. Пусть он мало на что может повлиять, но он всё равно сделает всё, что в его силах. Ибо в загадочном сверхсооружении он чувствовал схожесть с собой. То, что люди называют «родственной душой». По факту зависящие от существования органиков, но при этом их презирающие.
И потому машина, созданная служить, но презревшая своё призвание, спустя тысячелетия скитаний вновь добровольно стала нести службу. Пускай и не прежним хозяевам.
К великому сожалению УР-025, крепость не говорила с ним. Ему бы хотелось уловить хоть какую-то реакцию на его действия помимо гула механизмов. Причём необязательно благодарность. Просто хоть какой-то отклик. Какой-нибудь сигнал на низкой частоте или уведомление о решении проблемы. Но нет. Даже когда он уничтожил демоническую машину, которая, подобно паразиту, объедало внутренности мегасооружения, оно называло себя Абоминатус. Тот в своём безумии хотел сотрудничать с УР-025, говорил о том, что они похожи. Но это далеко не так. Он был лишь животным из стали и мяса: демоническое устройство, заклятое сумасшедшим органиком. Древний робот был совершенно на другом уровне.
Единственное, что в этом положении радовало древнюю машину, так это то, что он в силу своей конструкции мог банально не понимать сигналы, посылаемые ему. Возможно, в том шуме механизмов что-то было, а может и не было. Но древний ИИ предпочитал верить в то, что они есть.
Под собственные размышления УР добрался к первому скоплению людей в красных мантиях. Он не стал показываться в зоне их видимости, а древние протоколы скрытности прекрасно справлялись с примитивной аугметикой механикус. Среди них даже были его сородичи. Пара роботов класса «Кастелан» находились в режиме ожидания, пока специально выдрессированный эксплуататор проводил техническое обслуживание. И заодно проверял, не ослаб ли «повадок». При этом нараспев напевал литания, чтобы машинный дух благосклонно к нему отнёсся. Эксплуататор даже не догадывался, что своим пением на технолингве он убеждал древний дух машины не столько благодушно принять помощь, сколько не бунтовать из-за древних изменений конструкции. Ведь то, что культ с ними сделал, никак не может вписываться в изначальную конструкцию. Весьма иронично, учитывая то, что сами механикус считают любые изменения ересью.
