– Ничего страшного, если я немного тут поменяю? Слесарь в мастерской потом все сможет вернуть обратно.
– Делайте, – с нескрываемым любопытством разрешила она.
Затянув гайку до упора, Борис прижал рычажок к корпусу, чтобы он не болтался. Извлек пружинку и один диск-молоточек, после чего соединил их. Тщательно оттер ветошью от смазки и грязи. Накрутил колпак, примерился по расстоянию и вдел плоский рычаг между витками пружины. Снял бескозырку и, отмотав нитку с находящейся под подкладкой иголки, зафиксировал конструкцию. Так себе мера. Халтура. Но чтобы доехать, хватит. А если припаять, так и вовсе хорошо. И вообще, при тряске дребезжать не будет. Помнится, в детстве Бориса это сильно раздражало.
– Готово, – оттянув и отпуская пружинку с диском на конце, наконец произнес он.
А вот это неожиданно. Одновременно с раздавшимся звоном выскочил лог.
Круто. Он что, изобрел что-то? Получается, до такого раньше никто не додумался. Ладно. Пусть будет так. Жаль только, Борис пока не представляет, как этим можно воспользоваться. Ничего здравого на ум не шло, и он решил не мудрствовать лукаво. Мысленно представил написанное название, и тут же перед ним появилась новая запись.
Оп-па! Приятный момент. Мало того что он что-то там изобрел на ровном месте, так Система еще и щедро наградила. За такую-то мелочь – и целых двести очков! Да Рудаков сейчас такого наизобретает, что только держись! Правда, и в потолок упрется быстро. Наука так резко не прокачается. Подрастет умение до своего возможного максимума – и абзац. Школьные предметы таким образом не изучить. Только корпеть над учебниками и никаких других вариантов.
С другой стороны, еще на пятерку подтянет интеллект. Вернее, уже гарантированно на шесть, учитывая возможность обмена одного очка характеристик на опыт. А там, глядишь, успеет подкачать свободного опыта и сумеет получить седьмое. Да, прибавка по Интеллекту не так уж сильно чувствуется. Но облегчение он все же ощутил. Немного. Но ощутил. Так что чем раньше упрется в потолок, тем лучше.
Главное, не увлечься и не ломануть раньше времени «Художественную школу». Не то проскочит третью ступень и с ходу пойдет на четвертую. И плакало тогда седьмое очко.
– Борис, с вами все в порядке?
– А? Да-да, все хорошо.
– Вы прямо остолбенели, я даже испугалась.
– Я просто заглядывал в Суть.
– В Суть? А зачем?
– Вы не поверите. Я только что внес ранее неизвестное усовершенствование в механизм велосипедного звонка.
– Вы серьезно? Вот это? – Она изумленно ткнула пальчиком в неказистую конструкцию.
– Поверьте, Катя, я сам в шоке. Но Создателю, или Эфиру, виднее.
– Э-это то-очно, Эфир никогда не ошибается, – кивая в подтверждение своих слов, протянула она.
– Ну что ж, можете ехать, – пряча в сумку замотанные в ветошь ключи, подытожил Борис.
– Погодите. Давайте мы поедем к моему папе и оформим через стряпчего ваше изобретение?
– Зачем?
– Как же. Вы на этом можете заработать.
– Бросьте. Какие там заработки, – опасаясь лишний раз светиться, отмахнулся он.
– Вот напрасно вы так, Борис. Это могут быть большие деньги. Да нет же, это непременно будут большие деньги!
– Хорошо. Я подумаю над этим. Извините, мне пора бежать.
Коснувшись двумя пальцами среза бескозырки, парень развернулся и отправился своей дорогой. Господи, эта девочка будет рассказывать ему о выгоде! Да он сразу же об этом подумал. Иное дело, что светиться не хотелось категорически. У них тут ведь все завязано на Суть. Вон, даже устраиваясь на старый пароход, приходится предъявлять. Ладно, тут обошлось. Но там, где имеют место юридические тонкости, огласки не избежать. Поэтому пока не придумает, как откреститься от подобной проверки, и не подумает заявлять о себе.
Финансовые потери? Да и пусть их. Разве он не теряет, бегая от боярина Морозова и скрываясь от других? Есть то, чего ни за какие деньги не купить. Как бы пафосно ни звучало, но это свобода. В определенных рамках, куда же без этого, но он будет сам решать, что, как, когда и с кем.
