Дик еще ни разу не был в стенах твердыни Дома Живого Изумруда, только видел со стороны. Твердыня не была окружена рвом, как обычно, она была выстроена на каменистой возвышенности, и ворота открывались прямо на широкую дорогу, вымощенную булыжником. Размер замка ошеломил англичанина и испугал. Он попытался прикинуть, сколько нужно людей, чтобы просто расставить дозоры по всем стенам, а потом вспомнил о магии и немного успокоился. Потом англичанин увидел у ворот двух существ — высоких, под три метра, покрытых мелкой чешуей, с огромными рогами и клыками, то есть именно таких, каких он представлял себе, когда говорил о демонах, — и, несмотря на крайнюю усталость, тут же схватился за меч.
Но Идилин заметил это и успокоил его:
— Все в порядке. Не надо. Это просто охрана.
— Боевые демоны, — пояснила Серпиана. — Вместо людей. Помнишь, я тебе рассказывала.
— Помню.
Дик перекрестился и с недоверием покосился на существ, стоявших в воротах совершенно бесстрастно. Чудовища не исчезли, даже не забеспокоились, как следовало бы созданиям преисподней. Когда Серпиана приблизилась, они оба поклонились ей.
— Вот почему этот замок такой большой. По стенам можно расставить этих страшилищ. А чем они питаются?
— Могут магией, могут мясом. Зависит от того, что есть под рукой.
— А чьим мясом?
Нарроен сперва опешил, а потом рассмеялся:
— Ну уж не человеческим, конечно. Говядина, свинина, дичь… Главное, чтобы было свежим. Парным.
— Бр-р…
За воротами оказался полукруглый аккуратный дворик, куда выходили двери высокого массивного здания. Во дворике, как и за стенами крепости, было очень много солдат, но перед леди Йерел они расступились, а те, кто стоял на широком крыльце, даже открыли перед ней двери, хотя, как представлял Дик, это скорее работа слуг. Но бог его знает, какие у местной знати слуги. Может, они тоже чешуйчатые и с рогами… Лучше б их и вовсе не видеть.
Двери были резные, двустворчатые, а за ними — великолепный холл с высоким сводчатым потолком, роскошная изящная мебель, а посреди холла — огромная каменная чаша на ножке, откуда на высоту фута, а может, и больше, била струя воды. Что это такое, Дик не знал.
Он очень устал, но от вида замкового убранства усталость сразу куда-то девалась, остался только интерес. И даже не роскошь трогала его (хотя вся эта мебель, украшения, отделка должны стоить безумных денег), а красота. Поглядывая на спутника участливо, Серпиана провела его по коридору, увешанному дивной работы гобеленами, к широкой мраморной лестнице, по которой они поднялись на второй этаж. Здесь перед англичанином развернулась целая анфилада комнат, уставленных и увешанных множеством предметов роскоши. Оттуда они вдвоем попали в другой коридор, где девушка остановилась возле первой же двери и открыла ее.
— Это гостевые покои. Думаю, тебе важней всего поскорее добраться до кровати. Не будем выбирать. Потом тебе приготовят покои моего отца.
Он вошел и с недоумением огляделся. Комната была небольшая, но очень уютная — с камином, столом и тремя креслами, с узкой, но, должно быть, очень мягкой лежанкой, с великолепными бархатными портьерами. Но тут Серпиана подошла к двери, открыла ее и показала ему соседнюю комнату со столом и странными вертикальными сооружениями со стеклянными дверками, где стояло множество толстых книг, а потом еще следующую комнату, добрую треть которой занимала широченная кровать под балдахином и где тоже имелся столик и камин.
— Покои твоего отца? Зачем?… Подожди, так в какой комнате я буду жить?
— Во всех. Покои состоят из четырех комнат и купальни. Это — гостиная, это — спальня, дальше кабинет и гардеробная. А покой моего отца приготовят потому, что я сама поселюсь в покоях моей матери. Их спальни соединены между собой дверкой, как это и бывает у супругов.
Он шагнул к ней и обнял, глядя сверху вниз.
— Значит ли это, что ты согласна выйти за меня замуж?
— Да, пожалуй. — Серииана улыбнулась. — Сколько можно тебя мучить… И потом, ты спас меня, так что мой долг — отблагодарить тебя как положено.
Он поцеловал ее, но, коротко ответив на его ласку, девушка решительно отстранилась и покачала головой:
— Нет. Сейчас тебе требуется отдых. Уж я-то знаю, что бывает, когда переусердствуешь с заклинаниями, а потом вовремя не отдохнешь. Сейчас придут служанки и приготовят тебе купальню — пожалуйста, помойся, прежде чем ложиться отдыхать. — Она сделала шаг к двери, но, словно передумав, снова повернулась к нему. — И вот еще что. В основном в замке прислуживают женщины. К тебе, конечно, пришлют для услуг девушек. Пожалуйста, не надо думать, что, раз в покоях появились красивые рабыни, их непременно нужно затаскивать в постель. Сие не подразумевается.
— Это предостережение? — улыбнулся он. Она была так красива, так счастлива, что ее хотелось немного поддразнить.
— Ни в коем случае. — Серпиана слегка пожала плечами, открывая дверь. — По нашим традициям отношения свободного с рабыней не считаются изменой его жене или невесте. Но учти, то же самое можно сказать и об отношениях свободной с рабом. Понимаешь?
