Поднявшись на верхнюю палубу, я поискал взглядом юнгу. Паренька не оказалось на месте. Осмотревшись, я увидел, что он пытается перелезть через борт. Блоха двигался так, будто на нем были путы: он как-то очень неуклюже перекинул через борт одну ногу и старался подтянуться. Не задумываясь я ринулся к мальчишке, схватил его и поставил на палубу. Глаза юнги были так же пусты, как и час назад. Промычав что-то нечленораздельное, он слабо попытался вырваться из моих рук. Я встряхнул его, что было сил. Но это не помогло, парень снова так же вяло попытался добраться до борта. Тогда я влепил юнге звонкую пощечину.
— А… Что… Где… — забормотал мальчишка.
Постепенно к Блохе возвращалось сознание, будто его только что вырвали из глубокого сна.
— Ты зачем через борт пытался перелезть? — спросил я.
— Какой борт?.. Я палубу драил. Вот швабра и ведро… — пробормотал он и протянул руки, показывая мне, что не врет. — А… А где они?
Юнга изумленно уставился на свои ладони, только сейчас поняв, что в руках у него ничего нет.
Я еще раз бегло осмотрел его. Мальчишка полностью пришел в себя, только выглядел слегка потерянным. Постаравшись говорить как можно дружелюбнее, чтобы не вспугнуть паренька, я спросил:
— Так что происходит? Что ты видел, Блоха?
— Да не знаю я, о чем вы, дяденька эльф! — воскликнул юнга. — Я палубу драил! Пустите, мне работать надо. А то боцман накажет!
Задерживать его я не мог. В конце концов, я не хозяин на этом корабле и командовать людьми не имел права.
— Ладно, забудь. Ступай работать.
Парнишку не пришлось долго уговаривать. Как только я его отпустил, Блоху будто ветром сдуло.
Я же облокотился о борт в том месте, где юнга пытался его перелезть, и стал наблюдать за океаном. Море было поразительно спокойным, почти гладким, шелковистым. Ветер дул очень слабый, из-за этого корабль еле полз. Если бы такое продолжилось и дальше, наше путешествие рисковало сильно затянуться. И это ощущение чего-то нехорошего, а тут еще странное поведение юнги…
— Господин эльф, — раздалось рядом со мной.
Я даже вздрогнул от неожиданности. Так увлекся разглядыванием морской глади, что даже не заметил, как ко мне подошли. Это был матрос, который отдыхал в гамаке, когда мы играли в карты. Кажется, остальные звали его Дрыхач. Он очень любил поспать и использовал для этого каждую свободную минуту.
— Вот вы же маг? — задал он вопрос в лоб.
Я даже слегка опешил и осторожно ответил:
— В общем-то, да.
— Значит, должны знать, как плохой сон отвести, — отрубил матрос.
В этом он ошибался. На сознание разумных существ могут влиять только шаманы или опытные маги жизни, если у них под рукой есть сильный природный дух. Возможно, что-то еще умеют и продавшиеся, но об этом мне ничего не было известно.
— Можешь рассказать сон, который тебя мучает? — Мне стало мортовски интересно, что же такое хочет прогнать этот матрос.
Человек поежился, будто неожиданно похолодало. Было заметно, что воспоминания ему неприятны.
— Ну… В общем… — замялся Дрыхач, но взял себя в руки и ответил: — Туман мне снится.
Его ответ не произвел на меня впечатления. Подумаешь, туман… Странно, что ему захотелось отогнать такой безобидный сон.
— И что такого особенного в тумане?
— Так он не обычный туман, господин эльф. В моем сне вокруг нет ничего, кроме тумана. Очень густой, вытянешь руку — и ее уже не видно. И он… — матрос замялся, подбирая слово, — он… его как бы можно потрогать, я его кожей чую — мокрый, холодный… И тяжелый, словно давит на плечи. Я знаю, что нахожусь на мортовом корабле, под ногами палуба. Пытаюсь кричать, позвать кого-нибудь из наших. Зову, зову… но гадский туман глушит все звуки.
А потом… потом я слышу голос. Сначала тихо, но потом все громче и громче. Он только в моей голове, голос этот — уж не знаю, как такое может быть. И такая меня жуть берет! Потому что это не живое существо говорит, нет, господин эльф. Никто не может так говорить. Но голос в моей голове зовет меня, хоть я и не могу разобрать слов. Это другой язык, которого я не знаю. А может, и не говорит он вовсе… Но я не хочу идти к нему, мне страшно. Я застываю на месте, как статуй какой-то. Пошевелиться не могу.
И тогда появляются они. Я их не вижу, но чую: не один я в тумане этом. Меня кто-то окружает. Не знаю кто, но не люди — твари. Да, это лучшее название для них. Сердце бьется, аж из груди выскакивает. Я пытаюсь бежать. Но сколько бы ни бежал, сколько бы ни старался, а не сдвигаюсь даже на шаг! А они все приближаются ко мне. И голос в голове с каждой секундой все громче зовет. И когда чувствую, что одна из тварей сейчас прикоснется ко мне, я просыпаюсь.
Его слова заставили меня внутренне содрогнуться. Воображение ярко нарисовало картинку этого сна. Бедняге не позавидуешь, если приходится такое переживать каждую ночь. Почему-то вспомнилась «Челеста», ее пугающая безлюдность, ощущение угрозы. Могут ли люди чувствовать близость не-живых тварей так же, как эльфы? Похоже, да. И этот вот парень чувствовал.
Замолчав, матрос в ожидании уставился на меня.
