Говорила Неля о неблагодарности мужа и его измене двухлетней давности. Тогда она его простила. Хотя официально они находились в разводе, но отношения поддерживали. Теперь, когда достиг определенного положения, бросает ее, оставляет ни с чем.
Как ни с чем, – недоуменно вопросила Нина. – У тебя хорошая работа, своя комната. Живи и радуйся. Более молодых бросают и ничего, как-то устраиваются в жизни.
– Но мне-то уже сорок и кому я нужна со своей комнатой и работой машинистки, – продолжила, всхлипывая Неля. Только в одном она не признавалась подруге, что все «подвиги мужа» провоцировала сама своим неуемным желанием красивой жизни на показ.
– Ну, так и, слава Богу, что осталась без него, – наконец заключила Нина. Неизвестно во что еще бы вляпалась. С твоей-то прыткостью… – Нина хотела еще что-то сказать, но Неля, внезапно перестав рыдать, едва слышно пролепетала.
– Мне кажется, что он убийца. – Едва шевеля языком, стала повествовать о своих догадках, как в шутливой манере Леша на вокзале признался в убийстве милиционера. Потом о дерзком грабеже и убийстве служителя порядка она услышала на работе. Целый год находилась в сомнениях. То, что пуля, на самом деле, год хранится у нее, Неля не сказала. Мол, нашла ее совсем недавно в съемной квартире, еще до переезда мужа в ее комнату, когда ездила за своими вещами, чтобы их сразу перевезти в новое жилье.
И Нина решительно заявила ей, что Неля немедленно должна идти в милицию и сделать заявление о своих предположениях и показать эту пулю.
Я не могу, – ответила Неля. Нет, я киплю вся от злости и ненависти,(что он повесил на меня такие подозрения, а сам)и хочет уйти к другой женщине. Я готова его убить.
– Ну и что выиграешь, тюрьму? Нет, иди в милицию, – настаивала Нина. Я подумаю, – опять едва слышно пролепетала Неля.
– Дай мне пулю, у меня есть очень хороший знакомый, связанный с милицейским управлением. Я ему покажу, посоветуюсь, как лучше поступить в твоем случае, чтобы ты ни с какой стороны не коснулась этого страшного дела. И Неля доверчиво отдала ей пулю.
Возвращаясь домой, беспрестанно причитая одну и ту же фразу: «я убью его. Как мог так со мной поступить?!», она не замечала, как слезы горя и отчаяния текли по лицу. Неля задыхалась от боли, непроходимой обиды. Ненасытная животная нечеловеческая ненависть поглощала все ее существо. Неожиданно она почувствовала, что кто-то идет следом за ней. Обернулась. Душа стояла рядом, одетая в пальто покроя середины пятидесятых годов, под воротником которого был повязан пестрый шарфик. Это была не та дерзкая, всегда насмехающаяся и поучающая Нелю особа. Люся Лихарева, ее школьная подруга двадцатилетней давности, взяв Нелю за руку, успокаивающе произнесла.
– Мне очень жаль тебя. Но ты сможешь быть сильной и все неприятности победить. Сможешь выстоять наперекор всем трудностям. Я рядом с тобой. Так же, как в нашем детстве.
Перед глазами Нели возникла та электричка, из которой, если бы не Люся, ее выбросили бы под откос.
– Но он предал меня. Я чувствую, что он совершил убийство. Оно висит и на мне. И в этот момент хочет еще лучше устроиться в жизни.
– А Викинг не бросил тебя? Не предал?
– Нет. Не предал. Я знала, что у него, кроме меня, еще кто-то есть. Я сама мирилась с этим. Он был совсем другой. Я любила его. Может быть, и сейчас продолжаю любить. В той комнате я была счастлива с ним. А этот отнял у меня комнату счастья.
– Возможно, и к лучшему, что решила обо всем рассказать Нине, – продолжала Люся. Не все так плохо, подружка. Еще найдешь себя и гармонию в жизни.
Но, когда это произойдет? – ошеломленно вопросила Неля.
– Не знаю, – и тут Неля ощутила, что стоит посреди тротуара, недалеко от своего бывшего дома и, словно, невменяемая разговаривает сама с собой.
– Боже, кажется, я схожу с ума, – мысленно пронеслось в голове Нели. Развернувшись, она направилась к своему нынешнему месту жительства.
Через несколько дней на работу к Неле приехали следователи из главного милицейского управления и увезли ее на допрос. Там она поняла, что Нина сама пришла в управление. Никакого знакомого милицейского чина у нее не было. Отдав пулю, рассказала все, что слышала от Нели. Больше суток Нелю продержали в предварительном заключении. Она повторяла одно и то же, что во время убийства ее не было в городе. Это могут подтвердить на работе и в доме отдыха, где она находилась. Донести о том, чему она не была свидетелем – ну, никак не могла. Что она слышала много разных «шуток» от бывшего мужа, поэтому и «шутку» об убийстве приняла за «очередную его фантазию».
