Пакстон спохватился, что отстал, и подбежал к Дакоте, которая за руку волокла к трамваю женщину среднего возраста.
– Что, собственно, мы здесь делаем? – спросил Пакстон.
– Сажаем их в этот чертов трамвай, а уж в здании Прихожей с ними разберутся, – сказала Дакота.
– Это что, лучший способ использовать наше рабочее время? – Пакстон опустился на колено рядом с блондинкой среднего возраста и сказал:
– Мисс, меня зовут Пакстон. Не могли бы вы назвать свое имя?
Она посмотрела на него глазами, полными слез. Губы ее зашевелились, как будто она собиралась заговорить, но вместо этого плюнула ему в лицо. Теплая жидкость потекла по щеке Пакстона, и он закрыл глаза.
– Пошел ты, свинья, – сказала женщина.
К этому времени потасовку окружила стена сотрудников охраны в голубом, не позволяя посторонним видеть, что происходит в середине. Дакота осмотрелась, убедилась в этом и сильно надавила большим пальцем над ключицей женщины. Та закричала и попыталась вырваться, но Дакота держала ее крепко.
– Вставай на ноги, мать твою, – сказала Дакота. – Игра закончена.
– Пожалуйста, не надо… – сказала женщина.
– Дакота, – сказал Пакстон.
– Что? – Она взглянула на Пакстона и надавила сильнее. – Они здесь больше не работают. И неважно, что мы им сделаем. Чем скорее покончим с этим, тем лучше, потому что…
Позади них послышался крик.
Пакстон вскочил на ноги и побежал на голос. Кричали на трамвайных путях. Еще бо́льшая толпа, чем вокруг лежащих, стояла у лестницы, ведущей на платформу, к которой как раз подходил трамвай. Пакстон, расталкивая стоявших, пробрался к краю платформы.
Трамвайный кондуктор, пожилой лысый мужчина с выражением лица, как у пьяного, наклонился над путями. В пятнадцати метрах от себя на путях Пакстон увидел что-то бесформенное, что, когда он сумел подойти чуть ближе, оказалось человеком.
Пакстон спрыгнул на пути и пошел к нему, но, еще не доходя, понял, что человек мертв. Слишком много крови. Он лежал совершенно неподвижно, одна нога в колене противоестественно согнута. Что-то сверкнуло у него на запястье. Это были Облачные Часы, украшенные позолоченной игральной костью.
Пакстон остановился над телом, испытывая легкое головокружение. Рядом с собой он почувствовал движение и, обернувшись, увидел Дакоту. Она смотрела на мертвого.
– Это и есть код J, – сказала она.
– То есть «прыгун», – сказал Пакстон.
Дакота кивнула.
– Надеялась, что по крайней мере в первый День увольнений тебе не придется с этим столкнуться. Но не судьба. – Дакота посмотрела на свои часы.
– У нас код J, трамвайные пути у общежития «Клен».
Пакстон опустился на землю и засунул в рот руку. Это был не первый мертвец на его веку. Хоть условия работы в тюрьме были далеко не кошмарные, на его памяти все же случилось несколько нападений и передозировок, закончившихся смертью. Кое-что ему пришлось повидать, но больше он видеть такого не хотел.
– Давай, – сказала Дакота. – Надо расчистить территорию. – Она помолчала. – Пусть лучше он, чем мы. Верно?
Пакстон попытался ответить, но смог произнести лишь одно слово, да и то застряло в горле.
Нет.
Пятнадцать минут пролежала Цинния над ложным потолком. Смотрела сквозь щель между потолочными плитками, ждала, когда туалет опустеет. Это после двух ударов током – она случайно закоротила обнаженные провода – и глубокого пореза коленки.
Дышалось тяжело из-за пыли, которую она подняла, передвигаясь ползком в тесном пространстве. У нее на глазах люди волнами, по несколько человек сразу, приходили в туалет или принять душ. Наконец осталась только одна женщина. Она вымыла руки и пошла к двери.
Цинния вынула потолочную плитку и спрыгнула на пол. Стала на скамью и приладила плитку на место. Потолок был невысок, и она смогла бы забраться обратно. Она вышла в коридор и не обнаружила в нем у двери туалета наряда в голубых рубашках. Если бы он здесь был, она бы нисколько не удивилась. Пока все шло по плану.
Она проверила, в кармане ли футляр для очков, и натянула на запястье рукав свитера, чтобы скрыть отсутствие часов.
Чувствовалось, что День увольнений – день особый. Если что-то и предпринимать, то, конечно, именно сегодня. Не то что ей хотелось поскорее убраться отсюда. Впрочем, выполнив задание, вполне можно было бы вернуться, чтобы вышибить дерьмо из Рика. Просто ради удовольствия.
Группа из нескольких человек шла к лифтам. Цинния пошла за ними. В лифте возле сенсорной панели возникла небольшая давка: каждый пытался провести перед нею часами. Достаточное прикрытие. Цинния, убрав руки за спину, протиснулась к дальней от входа стене лифта.
Лифт остановился на следующем же этаже, вошли два человека, потом на следующем. Цинния закатила глаза и едва удержалась от шумного выдоха. Конечно. Пора начинать парад.
