Марк. Да нет, не действует он грамотно, как подумал Владимир Артемьевич совсем недавно. Он просто любит его дочь. И это надо уяснить. Всего лишь… принять.
— Вот теперь я понимаю, что значит: тучи над городом встали, — у Марка в глазах, не переставая, сияло восхищение.
Они остановились посередине Дворцового моста. Любовались тучей, нависшей над Невой. Невероятно красивая, туча была так низко, что, казалось, до неё можно дотянуться. Она была будто на подставке: густо-сером основании, клубилась вверх, восхищая серебристо-аметистовыми оттенками.
— Если их соберётся много, будет дождь, — улыбнулась Софья.
— Гроза, — прошептал ей на ушко Марк. — Обожаю грозу!
— Я тоже…
Дворцовый мост вибрировал. Софье даже стало страшновато — благо, они шли под руку. Да и возникшую вдруг дрожь вибрация скрывала.
Миновав мост, пошли вдоль парапета по Стрелке Васильевского острова.
Остановились полюбоваться Ростральной колонной.
Потом — вниз. По брусчатке, наслаждаясь водами Невы.
Обойдя сквер, помахали Нептуну, устроившемуся на здании Биржи.
— Он непрерывно смотрит на эту красотищу!
— Да! Нева перед ним! — Софья улыбалась. — Здесь она самая широкая.
— И тучи к нему ближе.
— Это да! Кстати, вон ещё одна красавица плывёт.
— Соф, давай попросим Нептуна организовать грозу. Всё-таки он водной стихией владеет, может посодействовать!
— Тогда мы под ливень попадём…
— А он всё вовремя устроит.
Слов было не нужно, Марк смотрел на неё так… Как только любящий мужчина может смотреть.
— Нептун, — едва выдохнула Софья, — позови тучи, пусть будет гроза…
…Как-то почти дошли до Биржевого моста. Мысли путались до того, что, казалось, перестали осознавать окружающее.
Как только Марк заметил уголочек, образованный повернувшим парапетом, тут же потянул туда Софью. Заслонил собой от окружающих и поцеловал.
Наверное, за спиной Марка ходили люди.
Наверное.
И не важно.
Софья знала одно — не случись сейчас этого поцелуя, от разбушевавшихся чувств её просто разорвало бы…
Софья не поняла, как такое оказалось возможным, но поцелуй Марка успокоил её. Дыхание выровнялось. А несколько лёгких поцелуев окончательно вернули рассудок.
Она посмотрела на Марка — не понятно, как он может контролировать ситуацию?..
— Смотри, какой мостик хорошенький. Крепенький. Устойчивый.
— Биржевой.
— Вот, нам надо по нему пройти.
Обняв её за талию, Марк предложил продолжить путь.
— Аленький, а далеко мы идём?
— Насколько я понимаю, сейчас ступим на Петроградский.
— Это да. И?..
— В общем… на крышу мы идём.
— На… крышу?
— Да. И сейчас нас будет ждать молодой человек. Сказал, встретимся на тротуаре, напротив вон того кораблика.
— Марк! Ты экскурсию заказал?
— Это знакомый любитель крыш.
— У тебя есть здесь знакомые?
— Теперь есть. Это тот, который недавно среди ночи орал — Марк Анатольевич!
— А-а!
— В общем, нам надо на крышу, и Валерий нас туда проводит.
Почему им надо на крышу, Софья спрашивать не стала.
— Здравствуйте! — Валерий спешил им навстречу.
Поздоровались. Познакомились. Прослушали краткий инструктаж. Получили похвалу за правильную обувь.
— В общем, вы успели запрыгнуть в последний вагон, — Валерий вёл их к дому: быстро пересекли неширокую проезжую часть. — На эти дома собираются мансарды надстраивать, скоро там не погуляешь.
Они подошли к арке, закрытой решетчатыми воротами. Валерий сделал звонок, и буквально через минуту появился охранник и проход был открыт.
В парадное вошли без проблем. И неторопливо отправились вверх по лестнице. Валерий рассказывал, какой шикарный вид открывается именно с этой точки. Пока не начали строительство, есть уникальная возможность пройти по периметру квартальчика.
Вот добрались до двери на чердак.
— Застёгиваемся. Тучи сгущаются, значит, усиливается ветер, — гид улыбнулся, достал ключ и отпер дверь. — Если бы люди знали, как приятно ходить по крышам, они бы давно перестали ходить по улицам. Прошу!
А дальше… Сердце замерло. И ударивший в лицо ветер будто крикнул — любуйтесь!
Дворцовая набережная отражалась в чёрно-серебристых водах Невы. Великолепная.
Поначалу Марк с Софьей только переглядывались — пока не находилось слов, восторг зашкаливал.
Нева! Это безграничное совершенство живой воды, стремящееся в залив.
Казалось, они с места не сдвинутся, любуясь Санкт-Петербургом. Но Валерий был достаточно опытным гидом. Ведь сама прогулка по крышам — отдельное удовольствие.
И они пошли. Слушая необычный звук шагов, рассматривая соседние дома, разглядывая улицы, улыбаясь вереницам спешащих автомобилей.
Ветер налетал нешуточными порывами. Тучи, действительно, сгущались. И от этого прогулка становилась только прекраснее.
Когда дошли до угла, Валерий остановился и указал на соседние дома:
— Вон тот четырёхугольник — достаточно экстремальный. Там такие переходы с крыши на крышу! Если захотите, потом туда сходим. И, видите, какая башенка на углу! Сто́ит посмотреть.
Софья сжала руку Марка.
— Да ладно! — Марк понял, что эта та самая башенка, которая теперь была домом Софьи.
Она кивнула.
Когда дошли до очередного поворота, Валерий вопросительно посмотрел на Марка.
— Я скину тебе на телефон.
— Хорошо, Марк Анатольевич.
