– Что, страшно? Не бойтесь, я дела честно веду, хотя вы лопухи порядочные, и на слово другим уж слишком верите – ну да что с аристократов взять! Было б у меня желание, мог бы заранее с вами расправиться – для этого и всего-то после выполненного дела каждого из вас надо неосторожно царапнуть отравленной булавкой.
– А почему не царапаете?.. – спросила я, чувствуя, как куда-то улетучивается мое хорошее настроение.
– Такие драгоценности, как здесь, не каждому барыге вручить можно – уж слишком они заметные, да и цены немалой... – пожал плечами дед. – К тому же барыга за них много не даст – хорошо, если десятую часть от их стоимости, а то и меньше.
– А почему так мало?.. – непонятно почему возмутилась я.
– Слишком уж риск велик, для продажи их надо отправлять чуть ли не в другую страну, а это дополнительные расходы. Но даже при таком раскладе есть немалое опасение, что эти побрякушки быстро засветятся, цепочка раскрутиться, и я пойду в места весьма отдаленные, если вообще пойду – как бы в камере концы не отдать, а мне еще внука с каторги вытаскивать надо. Вы ж сами эти украшения под заказ достали, то бишь уже есть человек, заинтересованный в этих цацках, так что мне тут и ввязываться не стоит. А золото в монетах – у него лица нет, откуда пришло и куда ушло – поди поищи.
– Ну, знаете ли, я о вас лучше думала!
– Я вам откровенно сказал, что могло бы случиться, так что не надо возмущаться... – усмехнулся дед. – Все же не с благочинным монахом дело имеете. Мы с вами в одной лодке, и пока вы со мной ведете честную игру, я веду себя точно так же.
Неприятно, конечно, но дед в чем-то прав – еще Шмель говорил, что его деда многие побаиваются, и для этого имеются все основания. Наверное, так оно и есть, только уж очень благообразная внешность у этого человека...
... Сейчас я сидела в храме, настоятелем которого был родственник графа де Линей. Сегодня утром мы уже встречались здесь со старым графом, и он рассказал нам о вчерашнем приеме во дворце – мол, Его Величество едва ли не в открытую игнорирует свою жену, но что является тому причиной – это никому неизвестно. Король даже на сына почти не смотрит, и вчера на торжественном ужине присутствовал совсем недолго – мол, очень много срочных дел, а потому Его Величество, посидев за столом всего пару минут, ушел, что показалось всем весьма дурным знаком. Королева вчера несколько раз смотрела на графа де Линей с немым вопросом в глазах, а тому только и оставалось, что чуть заметно качать головой из стороны в сторону – пока ничего нового. Ну, а во дворце говорят только одно: кажется, король настолько уверен в непорядочности своей жены, что дело идет к разводу. Невесело... Ничего, надеюсь, после нашей сегодняшней встречи у королевы враз улучшится настроение.
Еще сегодня мы с Крисом съездили к банкиру Зайне, забрали у него все документы, которые оставляли на хранение, то есть те, которые я в свое время забрала из сейфа дорогого супруга. Вместе с нами к банкиру отправился и Дроган – золота у него сейчас при себе много, с собой таскать не будешь, лучше сохранить его в надежном месте, а более надежного хранилища, чем у этого банкира, не сыскать.
Надо сказать, что этот дедуля нас удивил: сегодня утром он не только побрился, но и обрился начисто, и теперь стал совсем не похож на себя прежнего. Не знаю насчет других, но я бы его точно не узнала! Более того – он купил палочку, и теперь, если посмотреть со стороны, то можно подумать – этот человек еле ходит, даже ноги с трудом переставляет! На мой удивленный вопрос – для чего это все ему надо?, Дроган лишь улыбнулся – знаю, что делаю. И вообще, ребятки, я ухожу по своим делам, но ежели что, то знаете, где меня искать – пошлете человечка в тот самый опасный пригород. Кстати, насчет того, что в том месте засада – об этом я сейчас не беспокоюсь, они же ищут не меня, а вас, так что как-нибудь выкручусь... Ну, это его дела, мы с Крисом в них вмешиваться не собираемся.
Служба уже началась, и я сидела на скамье, низко склонив голову и держа в руках толстую книгу. Если честно, то я представления не имею, как она называется, потому как деревянная обложка книги практически стерта, и прочесть хоть что-то на ней совершенно невозможно, да это и не важно. Откуда книга? Забрали у наших друзей-актеров самую толстую книгу, затем долго вырезали внутри этой книги большое углубление, чтоб книгу можно было открывать, словно шкатулку, а затем с великим трудом сумели уложить в это самое вырезанное отверстие все драгоценности, забранные из сейфа архиепископа Петто. Правда, книга постоянно открывалась и драгоценности выпадали наружу, так что нам пришлось склеить все страницы этой книги большим количеством клея. Хочется надеяться, что в нужный момент чуть живая книга не развалится на куски.
