Врача звали Лео, точнее полное его имя было Леонардо, так назвали его родители в честь великого итальянского художника и ученного эпохи возрождения. Оба они были искусствоведами и проработали всю жизнь в одном музее среднего по размерам Америки городка. Лео был единственным сыном, и они непременно желали, чтобы он стал доктором. А так как зарплаты искусствоведов были совсем малы, то Лео пришлось выбрать не самую престижную специализацию психиатра, что и привело его в последующем к работе в этом дурдоме, на краю света в одного из северных штатов Америки, где он уже три года лечил человеческие души.
– Скоро они прилетят… скоро они прилетят, – неустанно продолжал повторять одну и ту же фразу больной.
– Зачем так много транквилизаторов? – произнес вслух Лео, будто надеясь получить ответ.
– Не знаю, доктор, – ответил стоящий рядом санитар, его звали Якуб, – так прописала ему доктор Полли, вам докторам виднее.
«Ну да, конечно, как же может санитар не подколоть доктора, – подумал Лео, – вы же думаете, что на самом деле здесь заправляете вы, а мы лишь тут так – для интерьера».
– Вопрос был риторическим, Якуб, то есть, на него не обязательно было отвечать, – попытался поставить его на место Лео, подумав про себя: «Да, конечно, ты весь такой накаченный и можешь управлять тут всеми этими психами, оставаясь с ними наедине на ночном дежурстве, но не забывай, кто тут сейчас самый главный и умный».
– А понятно, – задумчиво ответил Якуб. Он был легендой этого учреждения, так как его боялись не только все психи, но и многие доктора здесь, благодаря своей огромной силе и смелости только ему удавалось успокаивать самых буйных и опасных психопатов этого заведения. Поэтому он позволял вести себя с молодым доктором немного развязано.
– Ты лучше ответь мне, Якуб, – продолжил разговор Лео, – этот пациент, Джерри, он устраивал здесь драки или буйствовал тут за все время пребывания.
– Нет, доктор, в мою смену ничего подобного не было, да и если было бы в другую смену, меня обязательно бы предупредили, – ответил Якуб, более вежливо.
Больной, услышав свое имя, прекратил повторять одну и ту же фразу, и с расплывшийся на лице улыбкой, стал внимательно смотреть на доктора. Лео стало немного жутковато от этого взгляда, но он постарался не подать вида, нечего показывать свои слабости ни персоналу, ни больным.
– Да и в карте пациента ни о каких выходках и инцидентах не сказано, за все время вел себя спокойно, обычная маниакальная шизофрения и даже до принятия транквилизаторов, – углубился в карту молодой доктор.
– И спросить теперь не с кого, после того как Полли погибла, – закончил Якуб.
«Это конечно неоспоримый аргумент, – подумал Лео, – и очень печальный, и не только потому, что погибла его коллега, мчавшаяся на ночной вызов в больницу, и не справившись с управлением, влетевшая в дерево, огромную толстоствольную сосну, которыми здесь утыканы все обочины вдоль дорог, но и то, что теперь часть ее больных рассовали по другим докторам, в частности, самому Лео всучили пять таких вот, как это Джерри, и что с ними делать, он пока что совершенно не понимал.
– Наверно, мы снизим дозу транквилизаторов, сразу выводить их из организма опасно, – рассуждал вслух доктор, – мне нужно будет поговорить с ним в его более-менее вменяемом состоянии и понять причину его диагноза.
– Как скажете док.
Джерри поступил сюда больше года назад, он был признан социально опасным судом и был отправлен к нам на принудительное лечение, после того, как спалил дотла обсерваторию в далеких лесах этого штата, где он работал один на длительной полугодичной вахте. Что-то пошло не так в его голове и одинокий ученый сошел с ума, после пяти месяцев пребывания в местах доступных только для вертолетного транспорта. Неудивительно, что на суде он рассказывал о каких-то преследующих его пришельцев и летающих тарелках.
Джерри перестал улыбаться и вновь завел свою шарманку.
– Скоро они прилетят, скоро они прилетят…
– Все достаточно, Якуб, забирай больного, – раздраженно ответил Лео, – уменьшит прием транквилизатора до трех кубиков в сутки, а успокаивающие оставить в прежнем объеме, передашь указания по смене лично, а то не весь персонал следит за записями лечащего доктора в медицинских картах, – не упустил он момента напомнить о месте санитаров в этой больнице.
– Хорошо док, – спокойно ответил ему Якуб, – вставай Джерри, я отведу тебя в твою комнату.
Он взял больного под руку, и они отправились по длинному коридору в направлении его палаты, и все это время в коридоре звучал удаляющийся, противный и мерзкий голос Джерри.
– Скоро они прилетят, скоро они прилетят…
Затем раздал металлический лязг замков и все стихло.
