Скорость на финише полностью

Апартаменты председателя правления совета директоров корпорации «Галактические перевозки» Бессонова расположены в пентхаусе «Космической стрелы». Тут все только его, начиная с лифта и заканчивая сауной с тренажерным залом. Даже его личные помощники и повара располагаются этажом ниже, не говоря уже о прочем персонале, занимающем все сто двадцать семь этажей этого архитектурного монстра, придавливающего конкурентов и восхищающего клиентов. Попасть сюда считается удачей, потому что гостей Игорь Михайлович не жалует. А уж оказаться с ним вместе за обеденным столом - верх мечтаний для многих и многих.

Сегодня он сидел в персональной столовой, стилизованной под готический зал, и обедал в одиночестве, снимая готовые блюда с микролифта, поднимавшего еду и напитки снизу прямо к столу, так что для самообслуживания не требовалось даже вставать с кресла с высокой резной спинкой вишневого дерева.

На стене перед ним большой голографический экран показывал последние новости по специальной, выделенной сети, доступ к которой возможен для очень немногих людей в этом мире, потому что передаваемая информация по скорости поступления и конфиденциальности больше похожа на разведданные, чем на обычную новостную линейку.

Один из богатейших людей планеты неспешно и с удовольствием кушал грибной супчик по-деревенски, с дымком, и без особого интереса посматривал в сторону экрана в те моменты, когда не хлебал, а пережевывал специально для него подсушенный черный хлеб утренней выпечки; есть слишком мягкий не советовали врачи, утверждая, что это вредно для желудка. Впрочем, грибной суп они тоже не рекомендовали, но он на их советы, мягко говоря, поплевывал.

Глава корпорации оторвался от тарелки и проявил подлинный интерес к информации тогда, когда дикторша заговорила о «гонке столетия». На самом деле подобные соревнования проходят каждый год, но поскольку на этот раз в полете приняли участие ведущие перевозчики и создатели космических кораблей, чему сам Бессонов немало способствовал, вложив просто фантастические суммы, то интерес к бывшим некогда сугубо профессиональным стартам взлетел поистине до небес, что естественным образом подогрело ажиотаж рекламодателей и букмекеров.

В принципе, ничего нового за полчаса до окончания официальной регистрации никто не ждал. Основные претенденты стали известны еще неделю назад. Из девяти великолепных машин с опытными экипажами, готовыми преодолеть дистанцию в один миллион километров, фаворитов было двое - «Мерайя К», сошедшая со стапелей «Астро Технолоджис», и «Галлия», принадлежащая ГП. У Бессонова имелись все основания предполагать, что его «скакун» придет первым, поскольку в последние три года были предприняты некоторые усилия, оставшиеся неизвестными не только широкой публике, но и, хотелось надеяться, конкурентам. Таким образом примерно за половину земных суток гонки станет ясно, кто в этом мире чего стоит.

Поэтому объявление о том, что две минуты назад заявку на участие в гонке подали братья Гвоздевы со своим кораблем «Полмаукон» класса «Урал», не могло не вызвать самого живого интереса Бессонова.

Он мигом забыл про суп и, переключив канал, вызвал своего помощника, которого называл Аристархом или - в минуты приступа хорошего настроения - Ариком.

- Что там за комедия с заявками? - без предисловий спросил Бессонов, глядя в веснушчатое лицо с прозрачными глазами завзятого жулика.

- Гвоздевы изъявили желание участвовать в гонке века.

- Это я и так знаю! - Бессонов отбросил ложку. - У них что, есть шансы?

- По нашим данным - никаких.

- А точнее?

- На их допотопном «Урале»? Ровным счетом ноль.

Бессонов нахмурился. Ноль… «Урал», конечно, корыто, на нем даже на обычных перевозках толком не заработаешь. Уже больше года их снимают с регулярных рейсов и отдают всем желающим за бесценок, чуть ли не по цене металлолома. Но Гвоздевы!

Лет семь близнецы трудились в корпорации, куда были не то что приняты - зазваны еще до окончания университета. Таких конструкторов поискать! Яркое, нестандартное мышление, совершенно фантастические разработки, фейерверк идей. Но два с чем-то года назад братья ни с того ни с сего попросили такую прибавку к жалованью плюс участие в прибыли, что Бессонов взорвался и выпер обоих к чертовой матери. Погорячился, конечно. Можно было поторговаться. Но что сделано, то сделано, к тому же другим наука.

После увольнения он устроил им «красивую жизнь». Нажал на все кнопки. В итоге на работу братьев никто не взял. Крутились как-то сами, выживали, не высовывались. Полтора года назад служба безопасности ГП изменила степень контроля. Видно, напрасно.

- Всю информацию мне, - распорядился Бессонов.

- Сделаю.

- Даю три минуты. И еще. Нельзя их как-то снять? Поговори с юристами, с кураторами.

- За двадцать минут до объявления участников? - усомнился Аристарх.

- Все равно.