- Обстоятельства резко изменились, - с некоторым сожалением сообщил он, сидящему напротив Карелу. – Такая уж у нас работа, ты, брат, не обессудь. Думал, пусть боец немного погуляет, развеется, ан нет… Сверху давят, отправляй говорят, ценного сотрудника, на новое задание, время, мол, не ждёт.
- Понимаю, - майор сейчас прилагал все мыслимые усилия, чтобы выглядеть как можно естественно и расслаблено.
Идеальнее всего было бы вообще прикинуться тупым безмолвным бревном и лишь согласно кивать в такт убаюкивающим речам разглагольствующего начальника, а на все возможные вопросы монотонно отвечать: «Сделаем, товарищ подполковник».
- Что-то неважнецки ты сегодня выглядишь, майор…
- Плохо ночью спал.
- А что ж такое? Может быть кошмары?
- Не без этого, товарищ подполковник.
- И что же тебе снилось?
Ну это уже совсем лишнее, но ответить всё-таки придётся.
- Любовь Орлова на одесском пляже в купальнике.
- Ну разве это кошмар? – рассмеялся Сазонов, медленно выпуская густой дым через ноздри. – Мне бы такое приснилось… я бы только обрадовался. Понимаю, ты устал, но время, как я уже говорил, не ждёт. По некоторым данным в Германии готовится покушение на фюрера. Что по этому поводу думаешь?
- Бесполезно, - ответил Карел, массируя большими пальцами виски. - Смерть Гитлера вряд ли что-то существенно изменит в ходе войны. Нужно зачистить всё его ближайшее окружение, а это не под силу никаким заговорщикам. А кто именно стоит в центре заговора, уже известно?
- Судя по всему верхушка Абвера, хотя оговорюсь, эта информация не проверена нами на все сто процентов. Уж слишком много целенаправленной лжи в последнее время идёт из Третьего Рейха. Работают на совесть. Но пофантазировать на эту тему нам ведь никто не запрещает? Ну вот к примеру… Скажи мне, майор, что конкретно мы выиграем в случае успешного покушения на Гитлера? Как ты думаешь, кто сядет на опустевший трон?
- Можно только предположить… - Валдек задумался. – На место фюрера вполне может прийти такая заметная фигура, как рейхсмаршал авиации Герман Геринг, хотя заговорщики могут готовить и своего кандидата того же главу Абвера Вильгельма Канариса.
- Ну хорошо, допустим, - кивнул подполковник. – Герман Геринг глава Люфтваффе, влиятельнейшая фигура Рейха. Что изменится, если у руля станет именно он?
- А вы как считаете? – вопросом на вопрос отреагировал Карел.
- Мне сперва интересно услышать именно твоё мнение.
Валдек пожал плечами.
- Да что тут сказать… общеизвестно, что Герман Геринг официальный наследник фюрера. Его нельзя назвать патологическим антисемитом, как того же Гитлера. Ходят слухи, что на руководящих постах Люфтваффе спокойно служат евреи. Но, пожалуй, это единственное различие Гитлера и Геринга. Герман, по-прежнему, верный соратник лидера немецкой нации. Именно он организовывал всё основные «боевые операции» в годы столкновений между нацистами и их соперниками, когда в Германии шла ожесточённая борьба за власть. Именно он создал в тридцать третьем году первый концлагерь. Именно Геринг стоял за поджогом Рейхстага. Пожалуй, из всего близкого окружения Гитлера, он самый агрессивный.
- Значит ты считаешь, что его фигура у руля Третьего рейха нам невыгодна?
- Кому нам? – осторожно уточнил майор. – Советскому Союзу или нейроразведке?
- А разве это имеет особое значение? – удивился Сазонов. – Итак, кандидатура Геринга нам не очень подходит, хотя можно предположить, что он вполне способен по мирному договориться с англичанами…
- После того, что сотворило Люфтваффе с английскими городами? – усмехнулся Карел. – Нет, никакого перемирия при Геринге Германия не подпишет и ни с кем он сам о мире не договорится. Это время может и было в прошлом, но сейчас оно безвозвратно ушло.
- Ну хорошо, - удовлетворённо кивнул подполковник. – А как тебе такая фигура, как Альберт Шпеер?
- Личный архитектор фюрера? - майора откровенно забавляла эта словесная игра. – Его новаторские архитектурные решения без сомнения впечатляют, да и на посту имперского министра вооружений он себя вполне достойно проявил. Но почему вы заговорили именно о нём?
- Ещё одна заметная фигура, - просто пояснил Сазонов. – Мы ведь сейчас рассуждаем чисто гипотетически. Станет во главе Рейха Шпеер, глядишь, Германия одумается, новый лидер остановит войну, отведёт войска, выпустит заключённых, закроет нацистские лагеря…
- Маловероятно, - покачал головой Карел. – К чему строить плохо прогнозируемые гипотезы? Мы, пожалуй, договоримся и до того что, мол, почему бы не начать с Берлином мирные переговоры.
- А что, полагаешь, было бы бесполезно?
- Снова провокационная тема, - майор грустно вздохнул. – Даже в самые отчаянные дни войны Сталин ни разу не пытался вести переговоры с немцами. Эпизод с болгарским послом Стаменовым, как и контакты весной этого года в Стокгольме и Женеве не более чем очередная дезинформация. В первом случае нужно было дезинформировать самого Гитлера, во втором – союзников. Сталин прекрасно понимает, что любой мир с Гитлером абсолютно невозможен.
