- Группа один уже на позиции, - сообщил Бэккер, кивая в сторону застывшего у цветочного киоска мебельного фургона с надписью на бортах «Beschläge und Komponenten für Möbel».
- А остальные?
Бэккер усмехнулся:
- Их вы не увидите даже при самом остром своём желании.
«А они отлично подготовились» - подумал Карел, действительно не чувствуя
- Я выйду прогуляюсь… - коротко бросила Грета и через минуту её острые каблучки звонко застучали по влажному тротуару в направлении похожего на блестящую ёлочную игрушку ресторана. Расслабленно откинувшись на спинку водительского кресла, Бэккер неспешно закурил.
- Вижу, я вам чем-то не нравлюсь, - внезапно произнёс он, выпуская дым в окно с опущенным стеклом. – Хотелось бы узнать, причину?
- Вы слабое звено в сегодняшней операции, - честно признался Карел. – Вы, Грета и, возможно, ещё кое-кто с кем я ещё незнаком. Но это нормально, я удивился бы, если было иначе.
- Пешки жертвуются ради ценного ферзя?
- Что-то вроде того, - сняв пенсне, майор принялся тщательно протирать стёкла концом махрового шарфа. – На самом деле мы все мелкие фигуры. Рука Бога небрежно смахнет нас с доски и никто даже не вспомнит наши имена.
- Да вы фаталист, дружище, - внезапно расхохотался Бэккер. – И немножко декадентский поэт.
- Ну спасибо вам, – усмехнулся Карел. – Никогда не думал о себе в таком необычном ключе…
- Вы тоже мне не нравитесь, - спокойно признался немец, стряхивая пепел в пепельницу на приборной доске автомобиля. – Ваша странная выходка во время недавней облавы… ведь там погибли гражданские люди. Я всё понимаю… сопутствующий ущерб то сё… лес рубят щепки летят… так, кажется, говорят у вас в России. Но подобная философия мне чужда. Мы должны защищать простых людей, а не убивать их. Да, многие из них оболванены мерзкой нацисткой пропагандой, но они все ещё не потеряны для Германии. Фюрер и Рейх не вечны, а люди останутся. Именно на простых людях и держится наша страна. Именно благодаря им она будет жить и после войны.
- Да вы патриот.
- Так всё и есть!
- Я уважаю ваше мнение и особенно ценно, на мой взгляд, то что вы патриот своей страны не являющийся членом НСДАП.
- Я коммунист.
- Даже так… я не знал. Что ж прошу у вас прощения за погибших гражданских сограждан, но ситуация была слишком серьёзной и я был просто обязан спасти вас с Гретой.
Помолчали. Бэккер докурил сигарету и стал зажигать новую, но вдруг дёрнулся всем телом и странно обмяк на сидении уткнув подбородок в грудь.
Карел вскочил со своего места и, перегнувшись через переднее сидение, попробовал на шее у оперативника пульс. Пульс был слабым. Нитевидным. Мужчина был без сознания. В следующую секунду майор почувствовал что в тело Бэккера кто-то вселился и этот кто-то был не советским нейроразветчиком, а явным чужаком.
Немец резко ожил, выхватывая из подмышечной кобуры пистолет. Валдек успел перехватить руку с оружием, отведя ствол в сторону и, навалившись всем своим немалым весом, принялся душить Бэккера правой рукой, пропустив её под его горло. Немец яростно захрипел вырываясь. На его губах выступила белая пена. В глазах у Карела потемнело, но хватки он не ослабил.
Бэккер нажал на спусковой крючок. Раздался выстрел. В машине запахло пороховой гарью. Но пуля к счастью вошла под приборную доску. Валдек зарычал и, делая над собой невероятное сверхусилие почувствовал как хрустнули позвонки в шее противника. Мгновение и Бэккер превратился в тряпичную куклу. С грохотом свалился на пол автомобиля выпавший из безвольно разжавшейся руки револьвер.
Карел с тревогой осмотрел улицу сквозь запотевшее окно автомобиля. К счастью никто из прохожих не обратил внимания на глухой выстрел в припаркованной у обочины машине, а если кто что и услышал, то наверняка решил что это хлопнула чья-то выхлопная труба.
Подобрав оружие и сунув его себе под одежду Валдек выбрался из машины, заметив вдалеке возвращающуюся Грету.
- Verdammte Scheiße! Was soll ich machen? – вслух совершенно машинально произнёс он.
Проходившая в этот самый момент мимо элегантная пожилая женщина с удивлением на него посмотрела. Тяжело облокотившись о капот автомобиля Карел нащупал в кармане накрахмаленный платок и тщательно вытер им взмокший лоб. Произошло нечто из ряда вон. Нечто совершенно невероятное и невозможное. Кто-то вселился в члена сопротивления воспользовавшись технологией Шестнадцатого Отдела. Вселился чужак не имеющий никакого отношения к секретной службе нейроразведки. Как такое вообще возможно? Кто это был? Кто ещё может обладать подобной технологией? Неужели сами немцы? Если так, то это катастрофа и всю операцию нужно срочно отменять.
«Нет, уже поздно сдавать назад, - обречённо подумал майор. – Будь что будет». А ещё он подумал о том, что только что хладнокровно придушил жениха Греты. Как он ей всё это сейчас объяснит? Тут же на какую-то долю секунды возникла безумная мысль ликвидировать и Грету. Так бы, наверное, поступил на его месте Ворон, чтобы не нарушать ход важнейшей операции. Но он не Ворон и никогда таким не станет.
