— Ты обалдела? — возмутился Мятежный. — Даже не знаю, что меня бесит больше, что ты разъебала сейчас мой подарок, либо что ты так рьяно не хочешь рассказывать правду.
Я оказалась заперта в клетке.
Позади окно.
По бокам стены.
Открытая дверь комнаты за его спиной.
— Малыш, я тебя не выпущу отсюда. Ты никуда не пойдешь! Ты выйдешь отсюда только вместе со мной, поняла? — не сдерживая гнев, пер на меня Паша.
Его лицо здорово переменилось.
Он вызывал у меня волны ужаса. Страха.
Я боялась его.
— Я не боюсь тебя! — солгала я. — Я не собираюсь ничего с тобой обсуждать. Паша, все кончено, убирайся!
Все внутри сжалось от испуга.
Я боялась, что он не выдержит и применит ко мне силу.
Внезапно я увидела слабый огонек своего спасения.
Надежду на выживание.
Возможность выбраться отсюда.
Я заметила в дверях своей комнаты Анджелу.
Ни я, ни Паша, увлеченные разговором не услышали, как она вошла в квартиру.
Ломоносова стояла, слегка высовывая голову из-за угла и внимательно прислушивалась к разговору.
— Берг, кончай со мной в игры играть! — тем временем злился Паша.
Встретившись с Анджелой взглядами, я изобразила на своем лице мольбу о помощи.
Она понимающе кивнула и исчезла.
Мятежный схватил меня за плечи, и продолжил:
— Мне надоело все это. Я задолбался сохранять терпение. Ты хочешь, чтобы я разговаривал с тобой по-другому?
— Ай! — пискнула я.
— Полина, я знаю… Кончай придуриваться. Я многое о тебе знаю! — он схватил меня за подбородок.
— Что?
— Я знаю о твоих темных делах с братом и его компанией, — спокойно произнес он.
Мое сердце упало в пятки.
— Что? Откуда? — ошарашено смотря ему прямо в глаза, спросила я. — Не понимаю, о чем ты?
— Ха-ха-ха, — засмеялся он. — Глупая. Ты такая глупая, а я пытался огородить тебя от всего этого! Но ты же не слушаешься, лезешь, куда не надо! И что теперь? Теперь мне придется рушить все, чтобы освободить себя, а заодно и тебя! Придется пройти по твоему Киру, ты уж извини!
— О чем ты? — находясь в шоковом состоянии, повторилась я. — Я не понимаю! О чем ты, Паша?
— Ха-ха-ха. Ты наконец-таки решила нормально поговорить? Что тебя взволновало? Кир? Или еще кто-то?
Паша в который раз больно сжал меня своими руками.
Не выдержав, я заскулила.
— Пусти! Больно!!!
В этот момент случилось невероятное.
Бамс!
Возникшая за Пашиной спиной чугунная сковорода огрела его по голове.
Бабах!
Потеряв от удара сознание, Мятежный неуклюже грохнулся прям передо мной на пол.
Я замерла с открытым ртом, пытаясь привести свои мысли в порядок.
— О Боже, как думаешь, я не убила его? — зажав рот руками, Ломоносова не знала, куда деть кухонное орудие.
Встретившись с ней взглядом, я медленно опустилась на корточки.
Ощупав Пашину голову, заметив среднего размера ссадину, из которой едва выступала кровь, я нащупала у него на шее пульс.
— Жив!
— О Боже! Я не хочу становиться убийцей!
— Ломоносова! Он жив! — повторила я. — Просто вырубился!
— Думаешь?
— Блять, сама его пульс проверь!
— А вдруг у него сотрясение мозга?
Я посмотрела на Мятежного.
Мне было совсем не жалко его.
Пожав плечами, я ответила:
— Ну и фиг с ним!
Поднявшись с пола, я отряхнулась.
Осмотревшись по сторонам, я вспомнила о Диме.
— Вот черт! — перепрыгнув через Пашу, я бросилась в коридор.
— Полина! — завопила Ломоносова. — Берг, куда ты? — поинтересовалась она, догнав меня на выходе.
Ухватившись за дверную ручку, вздохнув, я повернулась к ней.
— Анджел… Разберешься с ним?
— Да. Помогу, Полина… Попытаюсь привести в чувства и отправить за порог. Но… Из-за чего? Берг, скажи мне правду!
— Ломоносова…
— Полина! Я не идиотка! У меня есть мозг! Тем более я слышала, о чем тебе говорил Паша… У меня куча вопросов! Где Кир? Полина! — он схватила меня за руку. Я посмотрела ей в глаза, в них стояли слезы. — Где сейчас находится самый дорогой мне человек на земле? Где? Скажи мне? Что с ним?
— С ним все хорошо!
— Берг, что происходит? О чем орал Паша?
Сжав челюсти, я приоткрыла дверь:
— Анджел… Это не я должна тебе рассказывать… Не я. Спасибо за помощь, ты меня сейчас очень сильно выручила. Я сделаю все возможное, чтоб… ты узнала правду, хорошо?
Так и не дождавшись от нее внятного ответа, я выбежала на лестничную площадку.
— Ты могла еще подольше задержаться, я бы вздремнул, — недовольно пробурчал Франк.
Я захлопнула дверь и, опустив солнцезащитную панель, открыла спрятанное с внутренней стороны зеркальце.
Тушь вместе с темными тенями размазались вокруг глаз.
— Черт! — выругавшись, я ударила ладонью по приборной панели.
— Что-то случилось? — поинтересовался Дима.
— Ничего! — едва сдерживая себя, воскликнула я. — Ничего! Все нормально!
— Полина…
— Отстань! — не выдержав, я закрыла лицо руками и заплакала.
Видимо прошел прилив адреналина, который охватил меня во время стычки с Пашей. Я почувствовала внутри себя страх и боль.
— Берг, да что произошло? — Франк коснулся меня.
— Просто… — сдержав всхлип, я посмотрела на него. — Просто… Приехал Паша.
— Паша? — переспросил Дима, нахмурившись. — Какой Паша?
— Паша! Мой Паша! Верней, не мой Паша. Из Москвы!
— О-о… Ну и что? Как приехал, так и уедет, в чем проблема?
