– Что ж, – Стерлинг хлопает в ладоши и встает с пола. Вытянув руки вверх, он выполняет несколько асан. Странно. – Теперь, раз у нас есть план, давайте закажем пиццу.
В мире смертных появляется Диньк.
– Кто-то сказал пицца? – стоя на тумбочке в обличье белки-летяги, он потирает свое белое меховое пузико. – Я такой голодный, что запросто приговорю все в одно лицо! Устроим соревнование?
Стил резко соскакивает со стула на колесиках. Я даже моргнуть не успеваю, как у него в руках оказывается нож, который вот-вот полетит в небожителя.
– Не, чувак, это будет нечестная игра, – тут же отвечает ему Стерлинг. Он что, не видит, что его брат вооружен, что ли? – Ты просто превратишься в какого-нибудь громадного зверя и сожрешь всю еду. Я не куплюсь на это… еще раз.
– Стил, может, вернешь нож на место? – предлагаю я. – Мы в безопасности. Здесь все свои.
– Что оно такое? – указывает брюнет острием на Динька.
– Это Диньк. Небожитель.
У Стила отвисает челюсть, а рука с колющим предметом опускается вдоль туловища.
– Присядь, нам нужно многое тебе рассказать.
– Вот оно что. – Стил снова садится на стул. – Значит, это – Динь-Динь?
– Ага.
– И он может превращаться в любое животное?
– Судя по всему, да. – Я наклоняюсь вперед, опираясь руками на стол. Губы растягиваются в лукавой улыбке. – Завидуешь?
– Честно? Немного.
Мы бросаем взгляд на Динька, который дрыхнет на коленях Новы. Пиццу привезли как раз к возвращению ребят с шопинга. Теперь девчонки смотрят перезапуск
Съев всего четверть кусочка, Диньк сказал, что хочет превратиться в кого-то другого, чтобы побольше слопать. У Стерлинга от подобного заявления чуть не случился припадок. Но вместо этого небожитель забрался к любимице на колени, свернулся калачиком и тут же вырубился.
Малявка становится предсказуем.
– А он неравнодушен к Нове, да?
– Это еще мягко сказано. Он буквально поклоняется ей.
Шатенка осторожно гладит его по голове. Только ей он разрешает прикасаться к себе и тискать. Я, конечно, могу попробовать, но что-то мне подсказывает, что останусь без пальца.
– Может, оно и к лучшему.
Стил наклоняет голову. С тех пор как он покинул Академию, Нова была немного не в себе. Может, она и не была влюблена в него, как я когда-то думала, но этот его поступок определенно сильно на нее повлиял. Я уже открываю рот, чтобы разъяснить ему, что имею в виду, как Стерлинг начинает орать:
– Купание голышом!
– Мечтать не вредно, чувак, – кричит ему в ответ Эш.
– Ты что, не хочешь окунуться, пока есть возможность?
– У нас в Академии есть огромнейший бассейн, с чего бы нам хотеть окунаться в эту помойку с кучей микробов?
– Точно, там, наверное, и клопы есть, – подключается Нова.
– В бассейнах не бывает клопов, – отвечает ей Стерлинг.
Шатенка пожимает плечами.
Стил неодобрительно качает головой на выходку младшего брата и снова обращает внимание на меня. Он перестает улыбаться, как только видит мое лицо, которое, скорее всего, сейчас призрачно-белого оттенка.
Ничего не могу с собой поделать. Стоит мне хотя бы подумать о погружении куда-то, кроме ванной, у меня начинается паника. Я моментально очень сильно потею, а пальцы рук и ног ощутимо и неприятно покалывает. Если бы я не контролировала свои переходы в фазу, наверное, уже была бы в спектральном мире.
Мысленно приказываю себе расслабиться.
– Ты в порядке? – спрашивает Стил. Он тянет ко мне руку, будто хочет коснуться, но одергивает себя, так и не дотронувшись.
Я стягиваю волосы в тугой узел на макушке, чтобы не было так жарко. Здесь что, отопление включили?
– Да, нормально. Просто не очень люблю бассейны.
Я стараюсь смотреть куда угодно, кроме лица брюнета, пока не становится очевидным, что я просто не хочу встречаться с ним взглядом. Он молчит, пока я снова не обращаю на него свое внимание.
– Ты не умеешь плавать?
Легко было догадаться.
– Да. И не сказать, что кто-то вообще пытался научить меня, – я стараюсь сказать это максимально безразличным тоном, даже широко улыбаюсь, чтобы казалось поубедительнее.
– Ну надо же, – говорит Грейсон, плюхаясь рядом со мной. – В жизни бы не подумал.
Он поочередно смотрит то на Стила, то на меня. Мы в свою очередь оба внимательно смотрим на Грейсона, сконфуженные его комментарием. Мы смотрим друг другу сначала в глаза, потом на подбородки. Становится неуютно.
– Ты о чем, бро?
– Про то, что вы все же отлично ладите.
– Да, – подает голос Стерлинг, занимая все оставшееся место за кофейным столиком. – Мы думали, что будет много истерик и горячих примирений. Кто знал, что вы, оказывается, можете разговаривать, как нормальная молодежь? Вряд ли это было частью ваших прелюдий.
На моих щеках тут же расцветает румянец. Я стопроцентно похожа на помидор. Касаюсь кончиками пальцев своей щеки и провожу по ней вниз. Я вся просто горю.
За моей спиной что-то шипит, наверное, Эш подавилась своим напитком.
Стыдно-то как.
Стил наклоняется вперед и бьет Стерлинга по руке… сильно.
