Для обычного наёмника, сноровка Джерарда не уступала рыцарской.
Лесник вознёс кулак с кастетом над Джааной. Прошёл год с тех пор, как он звал её этим именем. Принял новое бытие. Нашёл новых знакомых. Даже работёнку. Простился в последний раз. Но не забыл.
Он медлил, а она нет. Оклемавшись, чудище вскочило и повалило Сеппо на землю! Клыки впились в руку с латной перчаткой. В миг сталь обрушилась на плечо!
– Ааа!!! – невероятную боль не умеряла хорошая новость – возможного откусывания языка, неожиданно ампутированная конечность не вызвала.
Отрезанное вкушаемое предплечье выпадает из пасти. Голова «ящера» резко поворачивается на рыцаря и издаёт яростное рычание! Огонь готовится вырваться наружу! А Лан Целот вгоняет лезвие прямиком в глотку! Меч выходит изо рта с потоком крови. Будто в пьяном раже, Джерард наносит один за другим рубящие удары! С громогласным криком он отрезает голову изрубленному существу, кладёт её в мешок для доказательства наместнику, и вешает его на пояс.
Сеппо держал в руке крохотную склянку. Рядом на розовой листве между корней лежала отрубленная рука. Льдинки, выходящие из железной перчатки, будто чуть-чуть выросли, захватывая освобождённое пространство, и скрывая за собой застрявшую кисть… Лан Целот оторвал кусок одежды и перевязал кровоточащее плечо. Затем помог выпить лекарство и поставил на ноги товарища, дав опереться оставшейся рукой, себе на плечо.
– Спасибо. За всё. Обезболивающее работает быстро… хорошо… – он повернулся к частично обглоданному трупу и указал на него. – Это брат Сары.
– Девочки со светлыми волосами?
Лесничий кивнул.
– Пора выбираться отсюда, пока нас не съели.
Лес мы покидали в спешке. Благо Сеппо хорошо знал дорогу. На выходе из Триллара нас встретила Сара:
– Дядя лесник! Дядя рыцарь! А где…
– Брат не вернётся. – скупо вымолвил Сеппо. Он присел и обнял плачущую девочку.
Тем временем Джерард разглядывал деревню и заметил знакомого попрошайку. В этот раз, сидящего на земле у забора. Мы долго смотрели на него. Прямо сверлили взглядом. Похоже в этой деревне собрались слишком много в чём-то схожих людей. Кое-кто явно проникся этой мыслью, не так ли?
Предварительно фыркнув, Лан Целот заговорил:
– Пожалуй в Враандо я поеду не один. Возьму с собой Сару и того однорукого.
– Лудде?
– Да, а потом вернусь. Не буду прощаться, скоро увидимся.
Джерард взял девочку за руку и направился к забору.
– Тебя, кажется, Лудде зовут. Надумал чем хочешь заниматься?
– Читать люблю, нечего только. – собеседник лениво развёл руками.
– Читать?! Так ты умеешь… – спустя минуту обдумываний он продолжил. – Будешь учиться? На переводчика, например.
– Это язык целый учить надо?
– Нет, языки у лгунов отрезать. – после короткой паузы продолжил. – Да, учить, будешь?
– Да. – сказал он, встал и отряхнул грязь с одежды.
– Так по лучше. Едем в город втроём. Конь один, но сообразим что-нибудь.
Попутчики кивнули и пошли к Отблеску. Джерард довёл «старого» друга до местного врачевателя и был готов отбыть из Алаара.
***
Когда Джерард прибыл в Враандо, первым делом посетил детский приют, где оставил Сару. По его мнению, это было лучшим решением.
Договор с наместником изменился по инициативе Лан Целота. Потребовал единоразовую выплату нехилой суммы. Больше половины отдал за обучение Лудде в университете. Место в общежитие ему выделили, так что о жилье беспокойства не было.
Последний пункт плана выполнился в здании гильдии чистильщиков. Джерард рассказал о порченном лесе, захватывающем Трилаар. Немедленно пятеро опытных чистильщиков отправились разобраться с проблемой. Мы поехали с ними.
***
За два дня порченный лес сожгли. Вместе с ним половину Трилаара. Слишком сильно один лес проник в другой. Ради осторожности пожар не тушили до полной уверенности в искоренении энтробов, и подчинённых им существ. Чистильщики уехали, когда удостоверились в идеальности выполненной работы. Про Де Рейма не забыли и обсудили с ним его ныне законную отставку.
Джерарда в Алааре встретили радушно. Кузнец, что не славился особым мастерством подлатал меня и отполировал так, как будто я впервые выковался на свет. Лан Целот рассыпался в благодарностях, но не знал ещё, что староста подготовил для него свободный в деревне домик на окраине. Там он и осел, меня одевал как парадную одёжку и вместе с Сеппо заботился об остатках Трилаара.
Больше о наших похождениях поведать не смогли ни завсегдатай, ни трактирщик, а моряки долго в одном месте не сидят, и гостю нашей деревни пришлось отбыть по делам важным уже в других землях, далеко отсюда.
***
Не помню я, чтоб он грубил
Но помню, как, вступая в ил,
Джерард спасал беднягу пса,
Не пожалел он и меня,
Лишь привязал ко пню любя
Чтоб не тонули вместе зря.
Не помню оправданий страхом,
Своим порокам и мечтам.
Что под ударом стану прахом,
Оставив нагого мечам.
Не помню фальши с уст летящей,
К доверчивым сердцам.
Не думал ты, что путь манящий,
Закроет свет твоим очам?
