Когда-то одному из коллег Зимина, блестящему альтисту и очень красивому мужчине, изменила жена. Ситуация вышла на сто процентов как в анекдоте: вернувшись с гастролей на два дня раньше обещанного срока, музыкант обнаружил супругу в постели с мужчиной, и даже непосредственно во время любовных услад. Супруга тут же нырнула под одеяло, а ее любовник почему-то вскочил и кинулся надевать брюки — прямо на голое тело. Он все никак не мог попасть ногой в штанину, чуть не упал… Обманутый муж посмотрел на него, на жену, потом ушел на. кухню, сидел там, курил, пока не хлопнула входная дверь — мужик выскочил как ошпаренный.
Музыкант жену простить не смог, выгнал, благо квартира принадлежала ему. Переживал, однако, чудовищно.
— Скажи, Серега, — спросил он Зимина, — как это вообще могло произойти, почему? Ты бы только видел этого мужика! Ниже меня на голову, тощий… Тело хилое, белое, аж в синеву. Лысый, сволочь, как коленка! А пиписька… Да, другим словом я это назвать не могу! Пиписька-то какая! Жалкая, крошечная, острая, как морковка… Лучше бы я ее не видел. Серега, поверь: этого сморчка со мной вообще сравнить невозможно! А работает знаешь кем? Водителем у какого-то директора завода… Серега! Может, ты думаешь, что я ее не удовлетворял? Да у нас все было, все, что в постели мужик с бабой могут сделать… И это было просто великолепно! Серега, почему?
Что мог ответить Зимин? Да ничего. Он и сам не мог взять в толк, почему умницу, красавца и денежного мужика променяли на какое-то никчемное существо с морковкой между нижних конечностей.
Почему люди сходятся, что толкает их в объятия друг к другу — тайна сия великая есть, подумал Зимин и сегодня, когда Ира Неверова, женщина потрясающей красоты, словно сошедшая с обложки элитного журнала, ответила ему взаимностью. Ему — невысокому, лысоватому, располневшему… Да он и в мечтах себя с такой женщиной представить не мог! Но в жизни — и объяснение этому найти нелегко — зачастую происходят вещи круче, чем может представить себе даже самая богатая фантазия.
Когда Сергей и Ира встречались, им было абсолютно все равно, что делать: ехать в ресторан, за город — погулять в лесу — или просто сидеть в машине, курить и разговаривать. В любом случае им было хорошо вместе… Ира даже не интересовалась, чем Сергей занимается, — он сказал ей как-то, что у него свой небольшой бизнес, и этим она ограничилась… Они уже целовались — подолгу, страстно, — но до большего пока не дошло. Пригласить Иру к себе Сергей все никак не решался: очень боялся отказа.
В тот вечер Ира была особенно ласкова, смотрела на Сергея с нежностью. Когда они вышли из уютного японского ресторанчика, девушка сказала:
— А теперь мы поедем к тебе… Если, конечно, ты меня не обманул и у тебя на самом деле нет жены.
— Ты… Мы… Конечно, поедем! — Зимин от радости чуть дар речи не потерял.
Войдя в квартиру Зимина, Ира осмотрелась по сторонам и подняла брови:
— Хм… Где же евроремонт?
— А что, разве… — Зимин запнулся, — разве обязательно…
— Да ладно, — рассмеялась Ира, — я тебя разыгрываю! На самом деле этот евроремонт у меня уже в печенках сидит… Надоело. Все белое, как в больнице или офисе. У нас дома такой… Я ужасно рада, что у тебя хватило вкуса не делать этого. Смотри, как все классно — кругом светлое дерево… Молодчина! — Ира чмокнула Сергея в щеку. — Ну, что мы будем делать?
— Может быть, выпьем кофе? — промямлил Зимин.
— Давай! Только варить будешь сам: мне интересно, как ты приготовишь.
Когда Зимин через несколько минут вернулся из кухни с подносом в руках, он увидел, что Ира стоит посреди комнаты со скрипкой в руках. Девушка повернулась к Сергею; в ее глазах светилось радостное изумление.
— Сережа, — произнесла она шепотом, — что это?
— Скрипка…
— Чья?
— Моя.
— Ты что же… играешь?
— Я вообще-то музыкант… По профессии. А сейчас… В общем, мой оркестр распался, и…
— Все. Никаких слов. Только музыка…
— Хорошо, — послушно сказал Сергей.
Когда он взял из рук Иры скрипку, то немного удивился, до чего же она легкая… И сразу же понял, почему ему так показалось: руки привыкли ощущать тяжесть винтовки.
— Что бы ты хотела? — спросил Зимин, когда оторопь от этой мысли прошла.
— Можешь Чайковского?
— Могу…
Скинув туфельки, Ира с ногами забралась на диван… Через несколько секунд комнату заполнили звуки удивительной красоты.
