Десятилетний Гоша (он же Гуля, он же Георгий) – мальчик из хорошей семьи – вдруг решает ограбить банк. Всё ради волшебной скрипки, хотя… скорее ради одарённой девочки Светы, искусство которой достойно самого лучшего инструмента.Но как противостоять миру взрослых, зловещим роботам, жадным богачам и мстительному соседу Рустику, живущему этажом выше, чтобы волшебная скрипка оказалась в нужных руках?..
Писать предисловие к книге, адресованной детской аудитории, довольно сложно. Тут дело даже не в том, что, следуя заветам то ли Максима Горького, то ли Самуила Маршака, а может быть, и Корнея Чуковского, для детей надо писать так же, как для взрослых, только ещё лучше… Авторство этой фразы точно не установлено. Однако, скорее всего, всё-таки это был Корней Чуковский…
Дело в том, что не совсем понятно, кому адресовать текст этого предисловия – самим детям, которым читать эту книгу, или взрослым, их родителям и близким, через которых эта книга может дойти до окончательного адресата. Конечно, надо бы писать для самих детей, однако дети, как известно, читать предисловия не любят – они хотят побыстрее добраться до самого текста повествования, до сюжета, до приключений, которые происходят с героями. При этом книги для детей, как правило, выбирают взрослые, советуют, покупают, в конце концов… На это моё внимание обратил в своё время Кир Булычёв, писавший про Алису Селезнёву на протяжении более чем трёх десятилетий: «Молодая мама, которая в детстве читала “Девочку, с которой ничего не случится” и “Сто лет тому вперёд”, потом даёт своим детям прочитать книги “Алиса и дракон” и “Древние тайны”».
Имя Булычёва здесь прозвучало не случайно. Мало кто из русских писателей ХХ века оставил такое количество прекрасных детских произведений, которые читали и продолжают читать дети нескольких поколений. Автор повести «Скрипки, они такие» во многом следует лучшим традициям и приемам Булычёва. И по форме это – повесть в рассказах, как и первое произведение про Алису «Девочка, с которой ничего не случится». Форма, очень удобная для детского восприятия, – короткие локальные истории, словно красочный пазл, складываются в историю большую, глобальную.
Писательница заставляет читателя проникнуть в мир ребёнка и взглянуть на него – этот мир – изнутри. В нём, как и в мире булычёвской Алисы, точно подмеченные реальные, бытовые моменты органично сплетаются с абсолютно фантастическими, гротескными элементами. Причём и бытовые наблюдения, и фантастические допущения в равной степени неожиданны. Так и в мире ребёнка реальность переходит в игру, а игра становится реальностью. Точнее, игра становится реальней всякой реальности. А хорошая книга, в особенности детская, – это увлекательная игра…
На первый взгляд, всё кажется самым обыкновенным. Обычная школа, обычная семья (надо заметить, хорошая семья), трое детей, обычный мальчик по имени «Гоша, он же Гуля, он же Георгий», обычная детская влюблённость в девочку…
Но вот уже с девочки начинаются небольшие и довольно приятные чудеса. Только поначалу – небольшие… Девочка эта необычная – она не яркая, можно даже сказать, что не особенно красивая, причём Гоша сам это признаёт, но всё равно вздрагивает при каждой встрече с ней. При этом она невероятно талантливая. Да такой талант, что просто никому и не снилось… «“Она играет на скрипке, как самые лучшие скрипачи мира”, – говорят все. Светка выступает на всех школьных концертах, и учителя аж плачут от восторга».
И вот мальчик решает ограбить банк, чтобы купить для особенной девочки особенную скрипку – из тех, что создали особенные мастера, «похожие по звучанию на те, старинные»… Но тут оказывается, что банк охраняется роботом и механической собакой. Друзья спасаются, но после этого тени робота по имени Средний преследуют их. Их присутствие подобно присутствию слонопотама где-то рядом с Винни Пухом и Пятачком. Интересно: идут ли роботы на свист, и если идут, то зачем?.. Но смелые ребята не боятся теней робота.
Текст так тонко написан, что читатель не сразу замечает, где детские фантазии превращаются в реальность. А дети – так просто воспримут их как иную реальность. Но они всё же превращаются снова и снова. Пусть только в детском воображении. «Я тихонько сидел за кухонным столом и пил чай из моей любимой чашки. На ней были изображены сидящие на ветках птицы, распевающие песни: из их клювов вырывались нотки. Я всегда представлял, как они поют наяву: меня это забавляло». Даже кисель, который выставила остывать в коридор «тётка, про которую» герой «подумал, что она ведьма», оказывается магическим, помогает в борьбе с вредным соседским мальчиком.
Однако фантастика и фантазия в широком смысле этого слова – это красочный, но всего лишь антуражный элемент повести в рассказах. По-настоящему это всё-таки детектив. С попыткой ограбления, с шантажом, со слежками и доносами. И с неожиданной, но очень логичной и убедительной развязкой. И дело тут как раз в скрипке…
Привет!
Заявляю сразу: я вот-вот совершу кое-что настолько сильное, настолько невероятное – ну просто бомбическое.
