Их начальство проплавало подольше, хотя наши парни перестали их сталкивать в воду. Когда первый пошёл ко дну, Лейтенант решил, что даже последний тупица должен был понять его послание. Мы подняли на борт троих, и оставили обтекать на палубе. Матросы, которым потом пришлось бы вытирать за ними палубу, стали хором предлагать вернуть их туда, откуда достали.
Всегда помня об обязанностях хозяина, Лейтенант позволил чиновникам немного привести себя в порядок, и только потом спросил:
— Вам всё понятно?
Самая старая и пухлая калоша из всех нехотя кивнула.
— Отлично. Гм. Да. Вот и отлично. А на что, дьявол вас побери, вы рассчитывали? Вы же знали, кто мы такие, когда нас нанимали. Вот дьявол. Не важно. Не имеет значения, какие бездны глупости вами припасены, основную мысль вы уловили.
Он выждал, пока все трое не кивнут в ответ.
— Прекрасно. Так вот, перейдём к обсуждению наших отступных. — Он говорил долго, очень долго, углубляясь в детали, поскольку хотел, чтобы большая часть была отдана натурой, и ничего из списка наших требований не было забыто.
Мы болтали о вариантах долго, обсуждали и спорили, но это всё, чего мы добились. В результате решение принял он сам.
Чёрный Отряд не станет испытывать судьбу в море, а вместо этого направляется в глубь континента.
Со временем он бы объяснил свой выбор тем, что близнецы могли пометить корабль таким образом, который мы не отыскали, но по которому Взятые смогут разыскать нас где угодно.
Думаю, он был в праве так поступить.
Местный криминал резко пошёл на убыль. Очевидно, те, кто рисковал залезть к нам в карман, были обречены потерять пальцы. Так что прежде чем снова отправиться в поход, мы смогли насладиться несколькими спокойными ночами в городе.
Штормило. Мы с Ильмо надрались в стельку, и шатались по переулкам в поисках борделя, который так нахваливали матросы со Стервы. Мы были те ещё навигаторы, а я как раз забыл в других штанах секстант.
— Надо перевести дух, — предложил я, опираясь на край ближайшего фонтана. — Нужно найти другой способ зарабатывать на жизнь.
Ильмо пристроился рядом.
— Постоянно слышу это, брат. Кстати, подними очи и окинь взглядом даль. — Этот грёбанный поэт ткнул пальцем.
Я поднял и окинул.
Сладкая парочка — Невезунчик с Неудачницей — бок о бок стояли, подпирая здание напротив, и пялились на нас. Рука парнишки до сих пор была перебинтована. Не будь я собой, не попытался бы подняться на ноги, чтобы наброситься на предателей, но Ильмо усадил меня.
Девчонка с улыбкой отправила мне воздушный поцелуй, потом оба они отступили в тень поглубже и исчезли навсегда.