«Большая драка идет, — подумал Фай. — Как это говорилось в старину… «Вижу кровь на луне…» Уж не Камушек ли работает?»
— Извините, мистер, — услышал он сзади.
Часы показали шестнадцать ноль-ноль.
Фай обернулся.
— У меня что-то не в порядке с часами, — посетовал худощавый малый, остановившийся сзади, прямо впритык к нему. — Никак не разберусь с поправкой на местное время… — продолжал подозрительный пентюх. — Вот, поглядите.
И показал ему Камень.
Ладонь он тут же зажал и вопросительно воззрился на собеседника.
— Подержите, — сказал Фай и передал типу небольшую сумку-несессер.
Некоторое время они сверяли наручные часы, после чего оба, не торопясь, проследовали в разные кабины лифтов, унося: Фай — прекрасно исполненную мастером Кановой имитацию Скрижали Дурной Вести, а Уолт Новиков — оговоренную сумму в полноценных кредитках Федерального банка.
Еще десятью этажами выше Адвокат, расположившийся в кресле, вовремя случившемся в пустынном холле, уже тщательно изучал очередной номер «Комментатора» и обстановку места предстоящего действия. Его уединение нарушил только как снег на голову свалившийся Махмуд-Фокусник. Он вывалился из кабинки лифта и, задыхаясь от важности принесенного им сообщения, довел до сведения Адвоката, что вокруг башни «громоздится хренова туча макаронников Папы Джанфранко» и что Адвокату стоит поберечься при выходе. Что до Маноло, то он обещал подтянуть к зданию всех, кто не занят на «операциях» в центре. После чего торопливо убыл.
Адвокат зло скомкал «Комментатор» и посмотрел на часы. Они показывали шестнадцать десять. За спиной его кто-то посвистел. Тихо и удивительно нахально. Резко обернувшись, де Лилл нос к носу столкнулся с Гариком-Трюкачом. Большего унижения Адвокат не мог себе представить.
— Убирайся к чертовой бабушке! — коротко приказал он Трюкачу. — Я здесь по делу…
— Я — тоже, — уведомил его Гарик. — Но я — человек не гордый: могу и уйти. С этим вместе?
И он аккуратно показал глазами на свою левую ладонь, между пальцами которой был зажат Перстень. После чего без лишних слов принял в правую делового вида папку с приятно хрустнувшими банкнотами и, оставив в артистически изящной ладони Адвоката не менее артистическое изделие Мастера-Кановы, канул в кабину лифта.
— Ты можешь мне объяснить, какого черта делают здесь люди управления? — осведомился сержант Харрис у верного Пола. — Я нос к носу в лифте столкнулся с теми типами, что перетряхивали наши показания по тому эпизоду… с «Джевелри трэйдс»…
Пол пожал плечами:
— Тут сейчас вообще все кому не лень. Нечисто тут что-то. И то сказать… в утренней сводке «Новостей» говорили, что наш хороший знакомый — комиссар Блюм — дал согласие на глубокое ментоскопирование. В связи с выдвинутыми обвинениями по поводу пропажи этой… Сейчас, наверное, уже до всего докопались, если, конечно, вообще могли докопаться… Быстрее надо брать товар и уматывать…
— Так вот поэтому и дуй на пятнадцатый, а не разводи тут ненужных разговоров, — несколько нелогично, но твердо распорядился сержант. — Я подстраховываю тебя с шестнадцатого.
Пол дунул на пятнадцатый. Ровно к шестнадцати двадцати. Он был настолько готов к любым неожиданностям, что Энни с трудом удалось привлечь его внимание деликатным покашливанием над самым ухом.
Дальше все происходило, как в немом кино: демонстрация Камня и обмен оного на унылого вида контейнер с баксами, который репортер «Галактического бюллетеня», Энни Чанг, с благородным изяществом сразу же утащила в лифт, оставив терзаемого всеми возможными видами страхов Пола разбираться далее с произведением Мастера-Алессандро.
В шестнадцать сорок, на двадцать пятом этаже Пугачев-башни капитан Планетарной контрразведки присоединился к федеральному следователю. Они присели на широкий каменный подоконник и положили рядом два похожих как близнецы Дьяволовых Камня. Потом оба поставили рядом — одна к другой — две мало различающиеся наплечные сумки. В обоих исправно светили фотодиодами и исправно тихо гудели идентификаторы Камня.
Еще бы им не гудеть. Шишел с его единственным настоящим Чертовым Камушком был тут как тут — за дверцей лифта. Но долго задерживаться там он не собирался.
— Проклятье, — констатировал Стивен. — Кто дурачил вас? Работал под связного?
— Чернявый парень восточного типа, — описал капитан Остин внешность Трюкача. — А вас?
— Наш лучший друг Уолт Новиков, — федеральный следователь с силой приложился кулаком правой руки в ладонь левой. — Даже идиоту ясно, что настоящий Камень как был, так и остается на пальце у Шишела! А сам он где-то рядом, здесь…
Словно опровергая его слова, оба идентификатора разом погасили свои фотодиоды и прекратили мерзкое гудение.
— Он уходит! — почти заорал капитан Остин и резко вскочил с дьявольски холодного мрамора подоконника.
— Спокойнее, капитан, — успокоил его федеральный следователь, также поднимаясь на ноги. — Нижние этажи уже блокированы. Эти жулики будут уходить по воздуху. Это нами тоже предусмотрено. Вызывайте оперотряд и поехали на крышу.
