В дополнение к питанию положительными эмоциями, дементоры обладают куда более опасной способностью — поцелуем дементора, при котором дементор высасывает душу человека через рот. Жертва остается пустой оболочкой, неспособной мыслить и не имеющей возможности выздороветь. Считается, что существование после поцелуя дементора хуже смерти: поскольку душа человека — это его истинное «я», а быть «поцелованным» дементором — значит перестать существовать и всё же остаться в живых. Министерство Магии иногда использовало эту способность в качестве наказания. Какой эффект окажет поцелуй дементора на человека, который расколол свою душу с помощью крестража неизвестно.
Основной способ защититься от дементоров — использовать силу Патронуса для того, чтобы прогнать их. Заклинание, вызывающее Патронуса должно быть произнесено волшебником, у которого есть сильные счастливые воспоминания, иначе заклинание не подействует. Поскольку Патронус представляет собой некое образование, из которого невозможно вытянуть никакие эмоции, у дементоров настаёт что-то вроде кислородного голодания, и они вынуждены ретироваться. Согласно другой версии, Патронус является воплощением счастливых воспоминаний в концентрированном виде, поэтому дементоры при столкновении с ним испытывают такие же мучения, как алкоголики, выпившие вместо алкогольного напитка (например, водки) чистый спирт (96 %).
Шоколад — эффективная первая помощь после контакта с дементором, он хорошо восстанавливает силы, поднимает жизненный тонус, вызывает положительные эмоции, скорее всего из-за сладости
Также дементоры не способны чувствовать мысли и эмоции животных. Таким образом, волшебник-анимаг может если не полностью защититься от влияния дементора, то хотя бы существенно ослабить его. Дементор при этом чувствует, что чувства превратившегося притупляются, но не осознаёт, почему это происходит.
И я не зря ранее упомянул дементоров как охранников Азкабана в прошедшем времени. Потому что теперь их нет! Это было одной из моих целей посещения этой тюрьмы. Как и уничтожение находящихся здесь Пожирателей Смерти. В случае последних были убиты не все. Остался один. Точнее одна.
И вот сейчас я стоял рядом с этой камерой, изменяя свой внешний вид на тот, в котором посетил лавку Горбина. Опасный красавчик, коротко говоря. Проглотив опустевший флакон, я похлопал по карманам, проверяя, всё ли на месте, и подошёл к решётке.
— Белла, Белла, Белла… — мелодично пропел я, пристально глядя в глаза женщине.
— Ты… Ты ещё кто такой? — спросила она, жадным взглядом рассматривая моё лицо, облизнув губы и начав тяжело дышать. — Тот монстр твоих рук дело?
— Я слуга нашего господина, Алистер, — проговорил я, резко закатав рукав и показав чёрную метку во всём своём великолепии.
— А? Но… Как… — обескураженно пробормотала она, с неверием глядя на стильную татушку. После немного задумалась, и проверила свою метку, которая была всё также тусклой. — Моя метка… — подозрительным голосом начала она говорить.
— Ширпотрёб, — насмешливо фыркнув, высказался я. Она уже хотела яростно возмутиться, но тут я продолжил. — Пусть Лорд и пал в ту ночь, но он не растерял своих знаний, и даже приобрёл новые. За это время он изобрёл более совершенные метки. И ты, Белла… — тихо проговорил я, приблизившись к решётке. Завороженная моими словами, женщина прижалась всем телом к решётке, жадно ловя каждое моё слово. — Ты одна из тех, кто достоин её получить.
— Несомненно… — тяжело задышав от волнения, проговорила она.
— Наш господин дал мне несколько заданий. Одним из них было проверить заключённых здесь его слуг. Всех недостойных следовало уничтожить. Кроме тебя. Лорд был уверен в тебе и приказал просто освободить тебя и привести к нему. Все остальные… Оказались недостойным мусором… — презрительно процедил я.
— Хахаха! — вскинув голову, безумно расхохоталась Лестрейндж. — Да! Я знала, что Лорд ценит меня! А на этот мусор… Плевать! — с омерзением в голосе выдала она, кровожадно улыбаясь.
— Ещё одним заданием было проверить находящихся здесь дементоров и узнать, будут ли они полезны в нашем деле. Увы, их жажда душ оказалась сильнее инстинктов самосохранения и разума, поэтому их тоже пришлось устранить, — с разочарованием покачал я головой.
— Значит та химера действительно твоих рук дело? — пристально глядя мне в глаза, спросила Беллатриса.
— Верно, — величественно кивнул я. — Господин поделился со мной толикой своих знаний, чтобы операция прошла успешно.
— Лорд велик, как и всегда! — со страстью в голосе воскликнула она.
— Более велик, чем прежде, — слабо улыбнувшись, поправил я женщину. — А теперь нам пора уходить, Белла. Твоя палочка при тебе?
— Да! — сказала она, доставая свою волшебную палочку из карманов мантии.
— Чудесно. Тогда… Отойди немного… — послав Белле мягкую улыбку, от которой она разомлела и сделала несколько шагов назад, я схватился за прутья решётки и… Вырвал их. — Леди… — я протянул ей руку, приглашая на выход. Она её приняла, вложив в неё свою ладошку и покинула камеру.
