Гарри сидел как громом пораженный. Преподаватели и ученики (а также Крауч и Бэгмен) — все устремили на него изумлённые взгляды. Никаких аплодисментов, только непонимающе переговаривающиеся между собой ученики.
Прежде чем Каркаров взорвётся гневной тирадой, а он, судя по виду, это и собирался сделать, я снова капнул на язык три капли Сыворотки Правды и сказал:
— Я не причастен к попаданию имени Гарри Поттера в Кубок ни прямо, ни косвенно, — сказал это, я посмотрел на Гарри и продолжил. — Гарри, иди сюда, в флаконе ещё предостаточно сыворотки.
Гарри слегка успокоился и встал, решительно направившись к нам. После моих слов успокоился не только он, но и все остальные, пусть и не полностью, и не стали судить сразу, дожидаясь результатов использования Сыворотки.
— Три капли, — сказал я парню, на что он кивнул, беря флакон, пипетку, и капая те самые три капли на язык.
— Я… Я не причастен к тому, что моё имя попало в Кубок ни прямо, ни косвенно, — слегка волнуясь, повторил он мои слова. — Я никого об этом не просил и не знаю кто мог бы это сделать, кроме Льюиса. Но поскольку Льюис уже сказал своё слово, других вариантов у меня нет.
После слов Гарри напряжение в Большом зале спало, сменившись на непонимание. Взрослые хмурились, видимо уже начиная гадать, кто же совершил такую подставу.
— Гарри, Льюис, вам в ту дверь, — без улыбки произнёс директор, указывая в нужную сторону.
Мы двинулись вдоль стола. Как я и думал, имя Гарри действительно попало в Кубок. То, что сторона противника действует в рамках ожидаемого, немного успокаивает, пусть совсем недавно те же рамки, но немного другие, были разломаны в труху. По итогу общая суть осталась той же, что и в оригинале, но дьявол, как обычно, кроется в деталях.
Вот я, наконец, отворил дверь и мы очутились в небольшой комнате. На стенах портреты волшебниц и колдунов, напротив красивый камин, в котором, постреливая, пылает огонь.
Лица на портретах повернулись к нам. Сморщенная, как печёное яблоко, ведьма выскочила из рамы, впрыгнула в соседнюю к волшебнику с моржовыми усами и что-то зашептала ему на ухо.
Виктор Крам и Флёр Делакур стояли у камина. Крам, ссутулившись и о чём-то сосредоточенно думая, притулился к каминной полке, а Флёр, откинув назад волну белокурых волос, повернулась к нам с Гарри, приветливо улыбаясь.
— Что-то случилось? — спросила она, внимательно нас оглядывая. — У вас какие-то странные лица?
Позади нас послышался дробный стук шагов, и в комнату вбежал Людо Бэгмен.
— Невероятно! — воскликнул он, схватив нас с Гарри за руки. — Необычайное происшествие! Джентльмены… Леди, — обратился он к чемпионам, таща нас к камину. — Позвольте представить вам, как бы удивительно ни звучало, третьего и четвёртого чемпиона, участников Турнира! Мистер Лавгуд взломал ограждающие Кубок чары, закинув туда своё имя и Кубок выбрал его, а мистер Поттер был выбран четвёртым. К сожалению, мы пока не знаем как имя Гарри оказалось в Кубке.
Виктор Крам расправил плечи, оглядел нас с головы до ног, и его хмурое лицо потемнело. Флёр вопросительно переводила взгляд с Бэгмена на Гарри и меня, постепенно хмурясь.
— Это ошибка, — сказала она. — Он не может соревноваться. Он очень маленький… — на этих словах она осеклась, встретившись со мной взглядом.
— Да, но случилось чудо. Или… — Бэгмен обеспокоенно вздохнул, потерев гладкий подбородок. — Или чей-то злой умысел. Вы ведь знаете, возрастное ограничение наложили в этом году в целях безопасности. Мистер Лавгуд проявил достаточные навыки, но вот Гарри… Видимо, кто-то желает ему зла. И раз его имя выскочило из Кубка… Думаю, теперь уже ничего нельзя поделать… Противоречит правилам. Вы обязаны… А Гарри придётся приложить все усилия.
— Гарри, — взял я слово, положив всё ещё обеспокоенному парню руку на плечо. — Не волнуйся, и делай только необходимый минимум, чтобы как можно меньше подвергать себя опасности. Я буду за тобой присматривать в меру своих сил.
— Спасибо, Льюис, — немного расслабившись, сказал Гарри и тяжело вздохнул.
— Я тоже помогу мальчику, если это будет необходимо, — сказала Флёр, подойдя ближе.
— Спасибо, — благодарно кивнул я девушке, и за мной повторил Гарри.
— Хех… — добродушно усмехнулся Бэгмен. — Кубок действительно выбрал самых достойных. Мистер Крам, это неправильно, всё же вы все здесь соперники, но могу я попросить вас о том же?
— …Директору лучше об этом не знать, — после длительной паузы буркнул парень, тем не менее согласно кивнув.
Дверь позади нас опять отворилась. Вошли профессор Дамблдор, мистер Крауч, профессор Каркаров, мадам Максим, профессор МакГонагалл и профессор Снейп, в открытую дверь на какую-то секунду из зала ворвался гул возбуждённых голосов. Мы вопросительно смотрели на вошедших.
Мадам Максим выпрямилась во весь исполинский рост. Макушка красивой головы задела канделябр со свечами, обтянутый атласом внушительный бюст заколыхался.
— Дамблёдорр! Кес-кёсе? Что сие означает? — властно промолвила она.
