— Пора… — прошептал я, и Квиррелл с Волди меня услышали, но ничего сделать не смогли, потому что я уже находился вплотную к ним и уже начал действовать.
Хватаюсь одной рукой за палочку, другой за руку, которой Квиррелл её держал. Усилие одной, рывок другой. Палочка пополам, рука вывернута под неестественным углом, раздаётся болезненный крик.
Отпускаю. Сжимаю руки в кулак. Максимальное усиление мышц метаморфизмом. Удар в челюсть. В обе челюсти. Теперь вместо крика мычание. Хватаю кисти рук и сжимаю. Кости в труху. Вой и мычание усилились. Роняю его на пол и только после этого стягиваю часть мантии-невидимки с головы, оборачиваясь к Гарри, смотрящему на нас с дрожью и ужасом, нервно сжимая в руках палочку.
— Гарри… — дрожащим от волнения голосом начал я. — Сейчас ты отвернёшься, закроешь глаза и уши. Немедленно, — последнее я проговорил стальным голосом. Это была не просьба, а буквально приказ. Приказ, который он заторможенно выполнил.
Хватаю тело Квиррелла за ноги и тащу за одну из колонн, находящихся по периметру помещения. Он был повернут ко мне спиной, так что я лицезрел лицо Волан-де-Морта, сверлящего меня пылающими ненавистью глазами.
— Наконец-то… — прошептал я, тяжело дыша от нарастающей злости. Все те эмоции, которые я пережил за сегодня стали снова накатывать с новой силой. — Сколько же крови ты всем попортил. Но вот он конец, чёртов ублюдок… Думал, всё будет так просто? Не-е-ет! Больше ты никому проблем не доставишь. Сдохни, тварь! — наконец эмоции достигли пика и я… Свернул ему шею и… Оторвал с небольшим усилием голову. Брызнул фонтан крови.
Я развернулся, чтобы посмотреть как там Гарри, не смотрит ли. Краем глаза заметил как над телом Квиррелла взвился грязный тёмный дым, принявший форму лица с алыми глазами. Я не успел ничего сделать, он бросился вперёд и пролетел сквозь меня.
— Чёрт… — прошипел я, почувствовав едва ли не смертельный холод и сильную головную боль. Точнее боль уже была, а сейчас усилилась многократно. Я попытался пойти к Гарри, предупредить его, чтобы избегал этой поганой дымки, но мои ноги подкосились и я упал. Глаза начали закрываться, а сознание погружаться во тьму.
Незнакомый потолок. В голове стоит звон. Вроде ничего не болит.
— Добрый день, Льюис, — произнёс знакомый старческий голос. Скосил глаза в сторону говорившего. Дамблдор.
— Доброго… Времени суток, директор… Кхм… — произнёс я хриплым голосом, кашлянув под конец. Во рту будто открыли филиал пустыни, настолько там сухо по ощущениям.
— Держи, — подал он мне стакан с водой, на что я благодарно кивнул, приняв сидячее положение и начав утолять жажду.
Это дало мне время осмотреться. Больничное крыло. Ожидаемо. Неприятная ситуация. Нет времени подготовиться к разговору, совмещённому с допросом. А то, что он будет, вполне очевидно. В мягкой форме, но всё же. Я уже давно доказал, что не являюсь одиннадцатилетним несмышлёнышем, что в данной ситуации скорее минус, ведь отношение будет другое, нежели к нормальному ребёнку, каким был на моём месте в оригинале Гарри.
— Спасибо, профессор, — поблагодарил я его уже словесно, ставя стакан на стоявший рядом с кроватью столик, который был завален сладостями и открытками. — Как давно я здесь?
— Три дня. Твои друзья будут весьма счастливы, что ты наконец пришёл в себя. Очень многие хотели тебя навестить и оставить подарки… — кивнул он на столик со сладостями. — Но собравшаяся толпа сильно превысила порог терпения мадам Помфри, иначе все гостинцы не уместились бы на один столик, — со смешинкой в голосе закончил он.
— Вот как… — задумчиво кивнул я, чувствуя приятное тепло в груди. — Сейчас я понимаю о чём вы тогда говорили. Про то, что получилось избежать худшего исхода, — уточнил я.
— Льюис, можешь рассказать о том, что произошло в запретном коридоре? — мягко спросил директор.
— Полагаю, вы хотите услышать мою версию событий и… И про смерть Квиррелла, верно? — напряжённо поджав под конец губы и опустив глаза, спросил я.
— Именно… Лимонную дольку? — он показал на вазочку на столике, тон его голоса был успокаивающим и ободряющим.
— … — при мысли закинуть пару долек в рот, возникло фантомное ощущение, что меня окатило тёплой кровью, в нос ударил отдающий металлом запах, а в глазах отразился мёртвый взгляд на оторванной голове. Наваждение исчезло столь же быстро, как и появилось. — В этот раз у меня нет аппетита, профессор… Хаах… — тяжело задышав, отрицательно покачал я головой. Кожа побледнела, в горле встал ком, захотелось блевать, из-за чего я неосознанно прикрыл рот рукой. Начинаю брать тело под спавший из-за длительной потери сознания контроль. Противостояние физиологии и моей воли, подкреплённой метаморфизмом, было коротким. Точнее его вообще не было. Дыхание нормализовалось, кожа приобрела привычный цвет, рвотные позывы исчезли.
— Прошу прощения, профессор… — глаза ничего не ответившего Дамблдора светились сочувствием и даже немного болью, если я правильно разобрал его эмоции. — Итак, моя версия событий… — ещё раз тяжело вздохнув, я на несколько секунд прикрыл глаза.
