Тело Ангелины начинает трястись, стенки ее влагалища сжимают мой член. Она так соблазнительна со спутанными волосами, падающими на ее взволнованное лицо. Я хватаюсь за ее черные локоны и с силой толкаюсь в нее. Тихий звук, словно мурлыканье котенка, срывается с ее губ. Этот звук в сочетании с тем, как ее тугая киска сжимает меня, когда она кончает, доводит до экстаза. Я врываюсь в нее как сумасшедший, пока мое семя не изливается внутрь нее.
Ангелина бормочет что-то бессвязное, вздыхает, затем прижимается ко мне, пряча лицо в изгибе моей шеи.
– Ты в порядке, крошка? – спрашиваю я.
– Да, – шепчет она и утыкается носом мне в шею.
Я улыбаюсь, целую ее в макушку и набираю номер Романа.
– Уже закончили?
– Пошел ты, Роман. – Я откидываюсь на спинку сиденья и провожу ладонью по спине Ангелины. – С чего бы ирландцам предлагать нам участвовать в этой поставке?
– Значит, ты тоже считаешь, что что-то здесь нечисто?
Мы не в хороших отношениях с ирландцами. Они не суются на нашу территорию – мы не лезем к ним. Можно сказать, что мы миримся с присутствием друг друга, но каждый был бы очень рад, если бы другой перестал существовать. То, что О’Нил позвонил Роману всего через две недели после того, как он практически открыто заявил, что они попытаются запустить руку в наши дела, вызывает тревогу.
– Да. Еще как. Ты звонил Душку, чтобы рассказать об этом?
– Да. Я встречусь с ним сегодня вечером, – говорит Роман. – Я сказал О’Нилу, что у меня другие дела, но ты придешь вместо меня.
– Когда?
– Через четыре часа. Он выбрал какое-то место в промышленном районе. Я пришлю тебе координаты.
– Хорошо.
– Будь осторожен и позвони мне, как только закончишь. Мне это все не нравится.
– Хорошо. – Я отключаю связь и смотрю на Ангелину, которая все еще прижимается к моей груди, тяжело дыша. Ее ноги до сих пор дрожат. Телефон пиликает. Должно быть, это сообщение от Романа. Я быстро просматриваю его и пересылаю Феликсу.
– Мне нужно позвонить Альберту. Сразу после этого мы поедем домой.
– Хорошо, – шепчет она мне в грудь.
Я продолжаю гладить ее по спине, одновременно набирая номер Феликса. Мне нравится чувствовать ее в своих объятиях.
– Что? – тут же рычит Феликс, как только берет трубку.
– А ты в хорошем настроении.
– Я поссорился с Марлен.
Опять? Этим двоим бы к семейному психологу.
– У меня встреча с Лиамом О’Нилом через четыре часа, – говорю я, поглаживая Ангелину по макушке. – Мне нужно, чтобы ты получил доступ к камерам у места встречи и проверил, нет ли там чего подозрительного. Я переслал тебе координаты от Романа.
– Что мне искать?
– Я не уверен. Они сказали, что хотят обсудить дела, но звучит как бред. У тебя нет кого-нибудь рядом с этим местом, чтобы он подошел и разведал все ближе к встрече?
– Дай-ка я сначала взгляну, где это вообще. – На несколько секунд воцаряется тишина. – Хм. Кажется, пекарня Малыша Сэма находится в квартале рядом. Он мог бы взглянуть.
– Хорошо. Мы скоро будем дома.
Поездка домой к Сергею занимает полчаса, но я все еще чувствую, как дрожат мои ноги весь обратный путь. Не могу поверить, что мы занялись сексом в машине. Что я занялась сексом в машине. У меня был только один парень, и те два раза, когда мы переспали, были в постели, с выключенным светом, в миссионерской позе. Это не было каким-то умопомрачительным опытом, но хорошим, как мне казалось. Меня никак нельзя назвать импульсивной, но когда я почувствовала руки Сергея на своей киске, то сильно возбудилась. Я не могла думать ни о чем, кроме него внутри меня, и немедленно.
Безумие только усилилось, когда я услышала, как он разговаривает с паханом по телефону. Это ощущалось как что-то запретное, но в то же время заманчивое – я, скачущая на нем в его машине, где нас мог увидеть кто угодно. Но когда он засунул палец мне в рот, чтобы заставить замолчать и чтобы Петров нас не услышал, это довело меня до предела.
Я украдкой смотрю на Сергея. Он сказал, что ему нужно пойти на встречу сегодня вечером, но я все еще чувствую, как у меня от желания покалывает между ног. Он не будет против второго раунда?
Сергей паркуется на подъездной дорожке, но не выходит из машины.
– Ты жалеешь о случившемся? – спрашивает он, сжимая руль. – Ничего страшного, если это так. Просто скажи мне, и я больше не прикоснусь к тебе.
Я просто смотрю на него. О чем, черт возьми, он говорит?
– Ты не произнесла ни слова за всю дорогу, Ангелина.
– Я просто… размышляла обо всем.
Я не очень хорошо разбираюсь в отношениях, да и в людях в целом. Обычно мне требуется некоторое время, чтобы сблизиться с кем-то. Тот факт, что меня так сильно влечет к человеку, которого я едва знаю, пугает.
– Размышляла? – Он вздыхает и зарывается руками в волосы. – Просто честно скажи мне, если ты не хочешь иметь ничего общего с психически неуравновешенным человеком и…
Я бросаюсь на него. Нет лучшего слова, чтобы описать то, как я вскакиваю со своего места, сажусь на него верхом и обвиваю руками его шею.
– Ангелина?
– Просто заткнись, – отрывисто говорю я и прижимаюсь губами к его губам.
