Р.Г.: То есть вы серьезно считаете, что это я убил Ханну? Убил ее и бросил собственного сына?
А.Ф.: Я этого не говорил.
Р.Г.: И так, черт возьми, понятно, на что вы намекаете.
А.Ф.: Послушайте, мы просто пытаемся выяснить, что произошло. И нам нужна ваша помощь. Содействие с вашей стороны.
П.Р.: Мой клиент настроен сотрудничать любым разумным способом. Я правильно понимаю, что вы допрашиваете его как свидетеля, а не как подозреваемого? Права зачитаны не были.
А.Ф.: На данный момент – как свидетеля, все верно. Что ж, давайте заново пройдемся по событиям…
Р.Г.: Да сколько можно?.. Я вышел из дома в 7.15, сел на поезд в 7.57…
А.Ф.: Я не про то утро, мистер Гардинер. Давайте про вечер накануне. Вечер вторника, 23 июня.
Р.Г.: Но вы же знаете, что утром 24-го Ханна была жива. Даже если не верите мне на слово, сообщение-то вы слышали. Какая разница, что случилось вечером перед этим?
А.Ф.: И все же я хотел бы получить ответ на свой вопрос.
Р.Г.: [Вздыхает] Насколько помню, я забрал Тоби из яслей по дороге с работы. Около пяти. Значит, домой пришел к половине шестого. Бо́льшая часть дня ушла на переговоры с немецкими инвесторами, так что я был выжат как лимон. Вечер провели дома.
А.Ф.: Кто-нибудь может подтвердить ваши слова?
Р.Г.: Нет. Говорю же, мы были дома втроем. Я, Ханна и Тоби.
А.Ф.: Няни с вами не было?
Р.Г.: Нет, она ушла около семи.
А.Ф.: Ваша жена была дома, когда вы вернулись?
Р.Г.: Нет, она приходила не раньше восьми.
А.Ф.: И какой она была в тот вечер?
Р.Г.: В смысле?
А.Ф.: Веселой? Взволнованной? Уставшей?
Р.Г.: Пожалуй, слегка озабоченной из-за интервью, которое предстояло брать на следующий день. От него многое зависело.
Э.Б.: Интервью с Малкольмом Джервисом в Уитеннхэме?
Р.Г.: Да, вы же в курсе. Мы сто раз об этом говорили. Ханна много месяцев работала над этой историей. Громкое дело.
А.Ф.: Значит, днем она была на Би-би-си в Саммертауне.
Р.Г.: Да, насколько мне известно.
А.Ф.: Насколько вам известно?
Р.Г.: Слушайте, да в чем дело? Вы что-то недоговариваете?
А.Ф.: Мы просто устанавливаем факты, мистер Гардинер. Она больше никуда не ездила в тот день?
Р.Г.: Ханна сказала, что была в Саммертауне.
Э.Б.: Когда вернулась, она так вам сказала?
Р.Г.: Да.
Э.Б.: В восемь вечера?
Р.Г.: Да.
А.Ф.: Тогда вы удивитесь, узнав, что Ханна уехала из офиса Би-би-си в 14.45 и больше туда не возвращалась.
Р.Г.: О чем вы? Первый раз такое слышу.
А.Ф.: Как я говорил, прежде у нас не было причин проверять. Теперь они имеются.
